Адвокат. Судья. Вор

Помнишь, как папаша Мюллер в «Мгновениях» говорил: «Что знают трое – знает свинья»? Лады? А я, если что, буду тебя в виду иметь… Ну и ты, если у тебя что-нибудь новое по тем темам проклюнется, сразу мне сообщи. Договорились?

– Слушаюсь, товарищ подполковник. – Марков встал со стула. – Я понимаю… Разрешите идти?

Ващанов проводил оперативника тяжелым взглядом, дождался, пока за ним закроется дверь, и быстро скинул с себя пиджак – рубашка липла к спине, хотя в кабинете было, прямо скажем, не жарко… Подполковник присел на краешек стола и опустил голову – что-то странное ворохнулось у него в груди, защемило что-то… Но Геннадий Петрович давно уже жил не по совести, а по принципам целесообразности, которые (принципы то есть) сам же для себя и устанавливал. Поэтому Ващанов встряхнул головой, отогнал мрачные мысли и попытался грамотно переварить полученную от Маркова информацию… Подполковник не собирался, конечно, начинать какую-то свою сепаратную игру – он хорошо понимал, что такого Виктор Палыч не простил бы, а суд у старика, в отличие от государственного, был простым и коротким… Но Ващанов понимал и то, что, расширив свою информационную базу по теме с «Эгиной», он может, во-первых, получить на руки дополнительные козыри, которые помогут ему (в случае успешного окончания всей этой канители, конечно) побольше выторговать у Антибиотика денег за свои услуги, а во-вторых – избежать опасных и ненужных шагов. Хотя от всего, конечно, не убережешься… Подполковник усмехнулся, вспомнив одну из часто употребляемых Виктором Палычем присказок: «Говорил один рабочий – знал бы прикуп, жил бы в Сочи…»

У подполковника возникло несколько вопросов, на которые он не смог дать никаких, даже условных ответов: было абсолютно неясно, например, для чего изначально устраивалась вся эта катавасия с «Эгиной»? Конечно, оригинал стоит безумных денег, но как его реализовать? Проще говоря – куда продать? Ведь картину такого уровня ни на какой черный рынок не притащишь ни в России, ни на Западе – слишком заметная она, слишком известная, кто рискнет так светиться… И вообще, как продать картину, которая официально продолжает висеть в «Эрмитаже»? Покупатель сразу решит, что ему всучивают хорошо сработанную подделку…

И почему эта «Эгина» оказалась в квартире Монахова? Где она была четыре года? Почему ее сразу, скажем, за кордон не переправили? Должен ведь был быть какой-то смысл в этой странной афере… Не могли же картину спереть просто из спортивного интереса – дорогой слишком интерес получается… Опять же человека мочить пришлось (одного как минимум, но, скорее всего, зачистка одним Олегом Варфоломеевым не ограничивалась), а Палыч, кстати говоря, что бы про него ни говорили,