Адвокат. Судья. Вор

По первой – его завалили кавказцы якобы за то, что Доктор участвовал в свое время в знаменитом погроме на Кировском рынке, закончившемся жертвами со стороны «черных». Милиция задержала тогда около сорока человек, но вынуждена была отпустить всех, даже тех, кто был взят с дубинами в руках, – торговцы упорно никого не опознавали, а братки уверенно отвечали, что дубины похватали прямо на рынке, исключительно для самозащиты, увидев заварушку… Вторая версия была еще романтичнее – по ней Толика грохнули менты, которые не могли справиться с его растущим влиянием и авторитетом. Сергей ни одну из версий не опровергал и не подтверждал, впрочем, на него не особенно и наседали.

Наконец подъехал Антибиотик. В сопровождении трех телохранителей он подошел к родным Доктора – матери и, видимо, еще каким-то родственникам, резко контрастировавшим своей небогатой одеждой с большинством присутствовавших. Все потянулись в собор, ступени которого были облеплены нищими. Нищих было в три раза больше, чем обычно, они по-деловому собирали дань, а у некоторых братки меняли крупные купюры на мелочь, чтобы потом бросить ее в могилу. На отпевании Сергей со свечой в руке стоял рядом с Антибиотиком, остальная братва разбилась на кучки, по принадлежности к группировкам. У лежащего в гробу Доктора было незнакомое, сильно загримированное лицо. Дыры в голове были практически незаметны, если специально не присматриваться, конечно.

– В том месяце мусорка кокнули, теперь вот нашего хороним, – услышал Сергей позади себя чей-то шепот.

– Перед Богом все равны…

Горячий воск капал Челищеву на руки, но боли он не чувствовал. У него в душе было пусто и холодно.

Перед отъездом на Южное кладбище все снова столпились во дворе собора на перекур. Некто Паутиныч – из «пермских» – серьезно рассказывал, что в Москве менты учредили секретную организацию под названием «Белые стрелы»:

– Пацаны говорили, что эти «стрелы» самых крутых мочат, а расследование потом не проводят…

Потом все деловито зашуршали купюрами – кто-то сказал, что с каждой бригады решено собрать по тысяче долларов, а деньги надо отдать дяде Доктора…

С зажженными фарами колонна проследовала на Южное кладбище. У ворот Сергей профессиональным взглядом «срисовал» две машины, из которых явно осуществлялась съемка похорон. Челищев поглубже надвинул на глаза капюшон и усмехнулся. Над могилой Антибиотик сказал речь:

– Сегодня мы хороним нашего товарища. Он всегда стремился быть первым – и в спорте, и на войне, и в жизни. Он никогда не был «нулевкой», никогда не жаловался, и всегда на него можно было положиться.