Адвокат вольного города

Хочешь сказать, что принимаешь моё покровительство?

— Принимаю. Официально заявляю, принимаю покровительство. И, это самое… Ваше величество, мне бы тут в двух словах понять, чего от меня требуется, какие цели, задачи? Мне бы ещё деньжат подкинуть, кое-какие проблемы разрулить, а?

— Денег сам заработаешь. Всё, иди, хватит с тебя общения, а то тоже, начнёшь под машины кидаться. Дала же, уух, мать-природа семью — не воины, не охотники, не искатели. Ты, надеюсь, понимаешь, что Филин — это всё же не птица-скучный законник?

…

Мои глаза резко открылись, сердце стучит как ненормальное. Кабак не самого высокого качества. Душно тут во всех смыслах. Кто-то кашляет в углу. Официантка в переднике с очень недовольным видом забирала грязную посуду с моего стола. В её глазах явственно читалась брезгливость. Решила, что я напился и уснул, хотя алкоголь я и не покупал!

Молча расплатившись, вышел на улицу, подставляя лицо освежающему ветру. К чёрту съёмную комнату! Восемьдесят рублей за такую конуру возле постоянно гудящих с рабочего утра фабрик — это чистый грабёж. Лучше уж посплю на диване, в офисе. Ну и пёс с ней, с темнотой. Главное, что есть крошечный туалет. Вообще перееду жить в подсобку, пока никто не видит. Я не настолько хорошо зарабатываю чтобы ещё и на вонючую комнату, которая мне откровенно не нравится, деньги тратить. Думаю, никто и не заметит.

* * *Оказывается, паровые гудки тут, в центре города, не кажутся такими уж громкими. И убить уже никого не хочется с утра пораньше. Конечно, тело порядком задеревенело, особенно ноги, пришлось для начала встать и размять конечности. Заодно на разминке вспомнил, почему просыпаюсь не на тощем матрасе, а на диване без простынки.

Бакланов. Козёл мичуринский, ныряющий. Дался ему тот нож? Потерял и потерял. Содомит пассивный.

В моём крошечном, но очень аккуратном и компактном туалете, размерами, кажется, менее квадратного метра, помещался, однако, не только действующий унитаз, но и миниатюрная раковина, так что я смог умыться до того, как ко мне беспардонно постучал первый утренний посетитель.

Глянул на свои роскошные чёрно-золотые часы. До открытия в восемь ещё почти час. Вышел к двери с твёрдым непреклонным намерением выгнать посетителя, даже если там наряд полиции с ордером от Бакланова.

Но это была не полиция. На пороге, заломив руки и с выражением вселенского горя, стояла средних лет прилично одетая женщина.

— Разрешите к Вам обратиться за консультацией, господин Филинов? В такую рань больше никого не возможно найти.

Я с шумом выдохнул воздух из обоих ноздрей, словно пытаясь выдавить из себя весь гнев и раздражение от беспардонно раннего визита.