Адвокат дьявола

Он опять живо припомнил ту, первую ужасную ночь. Когда вернулся (как он думал) из пентхауза и увидел ее в постели с другим мужчиной... с самим собой. Что-то происходит. Или он сходит с ума... или она.

""Но если он уже оплодотворил ее, – сказала Хелен Сколфилд, – то уже слишком поздно"". Он? Кого она имела в виду?

Он отвернулся от зеркала. Неужели такое возможно?

""Мы никогда не проигрываем"", – сказал Пол Сколфилд. И все трое посмотрели с таким заносчивым видом.

""Ты выиграл одно из его дел. Теперь ты тоже принадлежишь ему, – прозвучали в глубинах сознания слова Хелен. – Будь ты проклят! Будьте вы все прокляты!""

И еще он вспомнил странное ощущение от слов мистера Милтона: ""Теперь вы настоящий полноправный партнер Джона Милтона"".

Он снова обернулся к зеркалу и оглядел себя.

О чем говорила Хелен? Что в нем изменилось? Почему он стал ""другим""?

Отражение в зеркале не ответило, но даже в самих вопросах было что-то зловещее.

Он собрался с мыслями. Завтра он должен встретиться с Беверли Морган, пока она не уехала, и узнать, как мистер Милтон заставил ее поменять показания.

* * *"

"Он позвонил родителям – своим и Мириам, перед тем как отправиться отмечать победу на процессе. При этом ни словом не обмолвился о своих подозрениях. Единственное, что зацепило, – это фраза его матери:

– Теперь, когда ты закончил свое большое дело, Кевин, посмотрим, сможешь ли ты больше внимания уделять Мириам.

Значит, она тоже заподозрила, что с Мириам происходит что-то неладное?

– Что ты имеешь в виду, мама?

– Да голос у нее как-то странно изменился. Она все время такая возбужденная. Поверь материнскому инстинкту. Может быть, она переработалась, опекая тебя. Арлин тоже обратила на это внимание, только не хочет давить на тебя как теща.

– Но мне она говорила, что никогда еще не видела Мириам такой счастливой.

– Знаю. Я и не говорю, что она несчастлива. Просто... уделяй ей побольше внимания, ладно?

– Хорошо, мама.

– И поздравляю тебя, сынок. Я знаю, ты добился того, что хотел.

– Да. Спасибо.

Он понимал – мать говорит правду. Мириам стала другой, причем менялась так быстро, буквально на глазах, – что вселяло еще большую тревогу. Сперва он не замечал этого, глаза ему застил свет давно желанного богатства и благополучия. Он получил все, чего добивался долгие годы: деньги, роскошь, престиж. Да и у кого бы на его месте хватило здравого рассудка? Он сам привез ее сюда, сам подверг этим испытаниям. И все, что случилось – и случится, по большому счету – его вина.

В этот момент он развернулся – будто кто тронул его сзади за плечо.

– Фу. – Его взор устремился на террасу за стеклянной дверью. Снова на память пришел Ричард Джеффи, расставшийся здесь с жизнью...