Адвокат чародейки

Расправив огромные крылья, она отбросила на воду узорчатую тень. Ее полет был совершенно безупречным, словно призрак смерти расправил над несчастной Розалией свои крылья."

"Сережа закричал не своим голосом, хотя из гимназического курса знал, что совы для человека безобидны. Он не помнил потом, как выбрался из воды, как пытался привести в чувство девушку. Глухие рыдания сотрясали все его тело. Неужели Бог приготовил ему такую ужасную участь – не суметь спасти обожаемую им женщину?! В какое-то мгновение ему показалось, что веки Розалии дрогнули, потом она всхлипнула и тяжело задышала. Сова по-прежнему парила над берегом, слегка взмахивая мягкими крыльями, как опахалами. Сергей, содрогаясь из-за сильнейшего приступа нервного возбуждения, подхватил девушку на руки и поволок ее наверх, на берег… Потом, позже он часто смотрел на этот крутой спуск и недоумевал – как это ему удалось влезть на такую высоту, да еще и с мокрым неподъемным телом на плечах?

Все стихло, и только глухо и сердито бурлила вода, лишившаяся своей добычи. А неподалеку от берега на ветке высокого дерева сидела сова и недоуменно таращила вслед людям свои огромные желтые глаза.

Александра Матвеевна металась по даче, не зная, что предпринять. Куда бежать, где искать сына? Она уже совсем было решилась ехать на ночь глядя к Боровицким, как вдруг услышала чьи-то неровные тяжелые шаги и стон:

– Мама!..

Желтовская бросилась калитке – и оторопела. Сережа, шатаясь и едва держась на ногах, нес совершенно мокрое тело гувернантки Киреевой! Желтовская ахнула и подхватила девушку, потому что ей показалось, что сын вот-вот упадет. Вдвоем они внесли Розалию в дом и положили ее на кровать в комнате Сергея.

А в доме Боровицких стояли суматоха и крик. Прибежавший Анатоль не своим голосом закричал, что гувернантка упала в воду! Он пытался ее спасти, но не смог. Отрядили людей, те помчались к реке, но никого не нашли. Стремительный поток унес тело прочь. Анатоль до утра пробегал по берегу, но все без толку. Когда он вернулся домой, посеревший от переживаний, с ним сделалась нервная горячка, и он уже не мог вставать с постели. Зина, видя, что произошло с ее братом, смутно догадывалась, что страшное происшествие как-то связано с известной ей тайной, но теперь-то уж она молчала, опасаясь, как бы еще что-нибудь страшное не приключилось.

Глава 10

Коричневая мерзость, зеленые блики, тупое ощущение страха и тяжести в груди. Не проснуться… Что это за голоса? Боль, ужасная боль! Тошнит. Темнота. И вдруг как молния сверкнула в голове. Сознание словно вспыхнуло и озарило память. Крик ужаса вырвался из груди. Она упала в воду! Она умерла!

– Тише, милая моя, тише! – Александра Матвеевна поправила одеяло на груди у больной. – Все уже позади, все прошло.