Адский прииск

Я слышал в Министерстве финансов, что с объявлением кампании в стране могут ввести временный запрет на продажу алкоголя…

– Вот давно бы так, а то ты прикладываешься к рюмке каждый день!

Сыщик пропустил слова жены мимо ушей:

– …поэтому надо запасти бутылок десять, а лучше двадцать… нет, тридцать крепкого. Я сам займусь этим завтра. Продолжаю… Когда в столицу привезут с позиций первых раненых, тут наверняка общественные силы откроют свои госпитали. Земство, Красный Крест, может быть даже частные лица со средствами. Ты не удержишься и запишешься туда сестрой милосердия…

– Непременно! – опять вставила жена.

– Поэтому можешь заранее обновить свои знания, пройти курсы или что там у вас. Скоро пригодится.

Ольга Дмитриевна записала и это.

Лыков вдруг решил:

– А поехали прямо сейчас к Таубе. Он и она умные люди и многое дополнят к моим словам. Такое время наступает, что надо держаться вместе."

"Сказано – сделано. Статский советник телефонировал генерал-майору и сказал, что они с супругой хотят приехать, потолковать. Барон задал всего один вопрос:

– О чем?

– О том, что скоро настанет.

– Понял, приезжайте.

Супруга послала горничную ловить извозчика, а Лыков полез в буфет взять бутылку французского коньяка – барону такие напитки были не по карману.

Виктор Рейнгольдович и Лидия Павловна приняли гостей настороженно:

– Что произошло, если вы так внезапно по нам соскучились?

– Меня посылают в Якутию, – с порога пояснил сыщик.

– Всего-то? Ты еще и на Чукотке не был.

– Командировка продлится до зимы, и военные действия запросто откроют без меня.

Генерал прикинул в уме – не иначе мысленно глянул на карту – и кивнул:

– Да, ты можешь не успеть вернуться.

– Так быстро все начнется? – всплеснула руками Ольга Дмитриевна.

– К зиме, скорее всего, пушки уже заговорят в полный голос, – грустно ответил барон. – Эх… Доигрались наши дипломаты…

– Они-то тут при чем? – сердито перебил статский советник. – Внешнюю политику по закону определяет государь.

– Умные дипломаты должны удерживать верховного правителя от ошибочных поступков, – сказал Таубе.

– А что может быть ошибочнее войны? – возмутился гость.

Все четверо сели за стол, и разведчик продолжил:

– Это наш с тобой старый спор, Алексей. Войны неизбежны, их нельзя отменить целиком. Государства, как и люди, всегда будут выяснять отношения при помощи силы. И надо быть сильным, чтобы уметь защищать свои интересы.

Сыщик энергично возразил разведчику:

– Война войне рознь! В нашем противоборстве с турками я сам принял участие как доброволец. Мы воевали за правое дело. А резня с японцами для чего понадобилась России? Погубили кучу людей, получили взамен одни унижения…

Виктор Рейнгольдович потер культю левой руки, которую он потерял в Маньчжурии.