Адора

Ирина пыталась успокоить госпожу, говоря, что сыновья всегда рано отдаляются от матерей и что это им только на пользу: чтобы стать настоящими мужчинами, они должны рано научиться принимать решения и отвечать за свои поступки.

Так прошло несколько недель. Однажды вечером Александр зашел в спальню Феодоры, в руке у него была коробка с шахматами.

— Я пришел сыграть с вами, госпожа, — сказал он, кладя шахматы на небольшой столик.

— Откуда вы знаете, что я умею играть? — спросила она с улыбкой, ибо поняла, что Александр поймал ее: в ту ночь Ирина не должна была ночевать в ее спальне.

— Вы — дочь человека, который обожал эту игру; не мог же он не научить вас играть в нее. К тому же я очень удивлюсь, если вы, с вашим логическим складом ума, не практиковались в шахматах, живя в Турции. Там эта игра в большом почете!

— А если все-таки я не умею в нее играть?

— Тогда мне придется научить вас.

— Что ж, сознаюсь — я и вправду люблю шахматы. Вы, Александр, расставляйте фигуры, я сейчас прикажу принести нам вина и пирожных.

Но он разгадал уловку Феодоры.

— Конечно, распорядитесь, — с улыбкой сказал он, — но только, прошу вас, не зовите на помощь служанок, а то я подумаю, что вы настолько плохо играете, что не надеетесь обыграть меня в одиночку и зовете подмогу. Пусть прислуга принесет хоть зажаренного слона, но прошу вас, пусть она потом уйдет. Разрешите мне хоть сегодняшний вечер побыть с вами наедине.

Александр доставал из коробки шахматные фигуры, расставлял их на доске, и Феодора поразилась, с каким искусством они сделаны. Каждая фигурка была аккуратно вырезана и покрыта тончайшей резьбой. Выделанные из кораллов белые фигуры резко контрастировали с черными, сделанными из оникса.

Александр довольно легко обыграл Феодору в первой партии, но уже во второй она доказала ему, что он не зря считает ее умной женщиной. Эта партия продолжалась очень долго, и в конечном итоге Александр сдался.

— Скажи, ты просто оценивала меня, когда мы играли первую партию? — спросил он смеясь, как бы невзначай перестав обращаться к ней с преувеличенной почтительностью.

— Должна же я была изучить своего противника. — Она вложила в свои слова двойной смысл, и Александр не мог не заметить этого.

— Я никогда не был противником красивых, соблазнительных женщин, — сказал он полушутя.

Феодоре вдруг захотелось подразнить вожака пиратов:

— Так ты и не являешься моим противником: ты — проигравший. Если ты продолжишь играть со мной и даже будешь очень стараться, все равно у тебя ничего не получится. Я уже изучила твою манеру игры и могу сказать, что выиграю у тебя всегда.

Александр смотрел на Феодору с неподдельным восхищением:

— Ты сейчас говоришь как настоящая римская императрица.