Адора

Я немного узнал ее: до сегодняшнего дня она была невинным ребенком. — Али Яхиа остановился и подождал, пока султан вникнет в его слова. — Этим утром она вызвала меня к себе, — продолжил он и, немного сглаживая резкие, требовательные обороты речи, передал султану утренний разговор с Феодорой.

Султан был в восторге. Смелость Феодоры восхитила его.

— Может быть, мне открыть школу любви для маленьких девственниц? — с улыбкой спросил он у Али Яхиа. — Но, если говорить серьезно, я не очень-то верю в ее неучастие в отцовских интригах.

— Я же, напротив, уверен в этом, ваше величество. И понял это сразу же, как только увидел ее в монастыре Святой Екатерины.

Орхан мягко улыбнулся:

— Решено. Я изменю отношение к этой девочке, но только потому, что доверяю тебе, Яхиа. Сегодня ночью я приду к ней один.

Орхан сделал знак рукой, и Али Яхиа удалился. Он пошел искать Феодору, чтобы доложить об успешном исполнении поручения. Али Яхиа теперь заметно изменил отношение к Феодоре. Прошлой ночью он видел в ней ребенка, жалея ее, как и любую другую девочку, на которую свалилось бы подобное несчастье; сейчас же он оценил Феодору как незаурядную личность, предвидя, что через некоторое время она станет играть большую роль в окружении султана.

Он отыскал Феодору в ее комнате. Сидя на корточках, она копалась в ворохе своих одежд. Боже, чего здесь только не было! Костюмы для верховой езды, легкие туники, длинные сарафаны, ночные рубашки, платья для торжественных приемов и многое, многое другое. Рядом с Феодорой стояла шкатулка с золотыми и серебряными украшениями, среди которых опытный глаз Али Яхия сразу разглядел дорогие изделия известных мастеров.

— Приветствую вас, принцесса! Феодора кивнула в ответ, указав ему на диван и давая тем самым понять, что он может сесть.

— Я выполнил поручение, принцесса, и передал султану ваши слова…

В это же время султан Орхан сидел один в своих апартаментах, размышляя о том, что сказал ему Али Яхия. Конечно, его вовсе не испугали угрозы Феодоры, но ему пришлось по душе, с каким пылом это дитя отстаивало свою честь.

Вечером он один, без сопровождающих, направился в спальню Феодоры. Она уже ждала его; на ней было полупрозрачное шелковое платье небесно-голубого цвета — и никаких украшений.

Завидя его, Феодора привстала, сделав движение, чтобы снять платье.

— Нет, — остановил он ее. — Вы так спешите, моя Феодора?

— Но, мой господин, меня здесь учили, что я должна быть послушной и понятливой и не задавать лишних вопросов.

В ее низком мелодичном голосе слышалась неприкрытая насмешка.

— Посмотри на меня, — повелительно сказал Орхан. Она повиновалась, посмотрев прямо в лицо Орхану своими чистыми аметистовыми глазами.