Адора

В комнату вошел Али Яхиа; он помог, ей одеться и отвел к Ирине, которая заботливо уложила ее в постель.

— Господин, что с ней сделали? — Ирина была в ужасе от вида Феодоры после ее первой брачной ночи. — Она же еще совсем ребенок! За что султан Орхан так надругался над ней?

— Ты опять задаешь вопросы, на которые я не могу ответить, — сказал как можно мягче Али Яхиа.

— Если я отвечаю за жизнь девочки, то должна знать все, что произошло и почему!

При виде такой решительности Али Яхиа не мог не улыбнуться. Ему и самому было жаль эту бедную, ни в чем не повинную девочку.

— Ладно, я расскажу тебе, в чем причина такого отношения султана к твоей госпоже, — согласился Али Яхиа. — Он считает, что она жаловалась отцу на то, что Орхан не выполняет свои супружеские обязанности. Надо признаться, я тоже сначала так думал, но, едва увидев принцессу, понял, что ошибался. Султана очень подзуживают своими речами две его старшие жены — Нилифер и Анастасия, им невыгодно, если Феодора получит расположение Орхана.

— Моя госпожа никогда не жаловалась отцу. Она никому никогда не жалуется. Не знаю, как про нее можно подумать такое. Она нежна, как цветок. А ее отец — император Византии — даже не подумал, на что обрек дочь. Не представляю, что будет, если султан не изменит своего отношения к ней. Она или сойдет с ума, или наложит на себя руки.

Али Яхиа кивнул головой в знак согласия:

— Ты права. Но, думаю, султан изменит отношение к ней. Он по природе не злой человек. Будем надеяться на лучшее. — Улыбнувшись, он добавил:

— Учти, ты сегодня узнала намного больше, чем тебе положено по рангу. Так что ради собственной безопасности держи язык за зубами.

Сказав эти слова, Али Яхиа бросил последний взгляд на Феодору и вышел.

Через некоторое время Феодора очнулась.

— Как вы себя чувствуете, госпожа? — спросила Ирина, едва Феодора открыла глаза. Феодора опять заплакала.

— Боже, как я ненавижу своего супруга! Он обращается со мной, как с низкой рабыней. Но я — Феодора Кантакузин, и я отомщу! — говорила она, захлебываясь в слезах, но в голосе слышалась настоящая злость.

— Успокойтесь, госпожа, успокойтесь. — Ирина уложила обратно в постель вскочившую было в истерике Феодору. — Успокойтесь.

Ласковые руки гладили Феодору по голове, и постепенно она перестала плакать, а лишь изредка тихонько всхлипывала. Через четверть часа Феодора спала и ей снился чудный сон о ее любимом — о принце Мураде.

Только что проснувшийся Али Яхиа изумленно таращился на вошедшую в его комнату совсем еще маленькую девочку. У этого ребенка был очень серьезный вид.

— Господин, — проговорила девочка писклявым голосом, — принцесса Феодора просит вас прийти к ней. Следуйте за мной.