Адора

Войска турецкого султана захватывали все новые и новые византийские земли. Иоанн пытался было просить помощи у европейских монархов, у Ватикана, но папа римский сухо ответил, что мусульмане в Европе — это, конечно, очень плохо, но он не видит, чем они хуже православных: и те, и другие — еретики.

Через год после того, как Феодора родила Баязета, к великой радости Мурада, у них появились два близнеца. Одного они назвали Осман, другого Орхан. Призрак Александра отпустил Адору, и она в отличие от своей сестры была очень счастлива в те годы.

Императрица Елена с едва скрываемой радостью смотрела на женщину, стоящую перед ней. Та была небольшого роста, с пышной высокой грудью и широкими бедрами. Одета с изяществом, хотя и без претензий на роскошь. Кожа ее не уступала своей белизной лучшему греческому мрамору, и это еще более подчеркивалось ее абсолютно черными глазами.

Женщину звали Мара, она была дочерью греческого священника. Это была мать первого сына султана Мурада. Несмотря на то что выросла она в религиозной семье, ее житейские принципы не отличались высокой моралью — она была проституткой и по натуре, и по профессии. Мурад никогда не любил ее, да и она его тоже, но когда у нее родился сын, она воспользовалась случаем и громко всем объявила, что это ребенок султана. Мара оставила сына у отца, а сама отправилась в Галиополь, где безбедно жила, преспокойно занимаясь своим ремеслом, удовлетворяя жадных до женщин и любви солдат турецкой армии. Мальчик же — кстати, его звали Кантуз — жил у своего деда, который хоть и не принимал образ жизни дочери, но к внуку привязался сильно.

Когда Каотузу исполнилось двенадцать лет, мать неожиданно забрала его к себе. До этого он видел ее всего три раза в жизни (последний раз, когда ему было лет восемь), однако это не помешало ему с радостью согласиться на предложение матери и уехать от своего деда. Кантуз рвался к красивой, богатой жизни, а разве мог сельский священник удовлетворить его растущие запросы? Мать же его к тому времени разбогатела, да и по некоторым ее намекам он понял, что она знакома с высшей знатью империи.

Мара оправдала ожидания сына. Она привезла его в Константинополь и представила самой императрице Елене. Вскоре Кантуз сильно сдружился с сыном Елены — принцем Андроником. На тринадцатилетие Кантуза Андроник взял его с собой в дом терпимости. В тот же день внук сельского священника стал мужчиной, а вскоре два друга стали завсегдатаями всех публичных домов города.

Сейчас Кантуз стоял рядом со своей матерью перед императрицей. Кантуз уже давно считал императрицу Елену самой красивой женщиной в мире Его потрясли ее большие возбужденные соски, которые легко просматривались под одеждой, — почему-то прежде всего он обратил внимание именно на них.