Адъютанты удачи

– Но что мы ей скажем? – спросил Алексей, которому не давала покоя мысль о том, как бесцеремонно они вломились в дом первой красавицы Парижа.

– А это уже моя забота, – безмятежно отозвался Видок.

– Могу поспорить, – уронила Полина, – что вы знали о Венсане еще до того, как наведались сюда.

– В наше время знание – все, – серьезно повторил любимую угрозу Видок. – Разумеется, я позаботился навести справки заранее. А как же иначе?

Следует отдать должное изобретательности Венсана – маркиза де Манвиль не заставила себя ждать. Перед тремя сыщиками предстала очень красивая женщина с изумительно тонкими чертами лица, которое портила разве что лежавшая на нем печать высокомерия.

– Прошу меня простить, – сказала она, – но я не имею привычки к столь ранним визитам. Впрочем, дворецкий дал мне понять, что дело, по которому вы пришли, не требует отлагательств… месье…

– Видок, – проговорил бывший глава Сюрте, кланяясь.

Наблюдательная Полина готова была поклясться, что, услышав имя их спутника, маркиза на мгновение переменилась в лице, но уже в следующее мгновение черты его разгладились. Дама взяла себя в руки и даже изобразила некое подобие улыбки.

– Вот как? Тот самый знаменитый Видок! Право же, я думала, что вы гоняетесь за воришками, месье, – уронила она. Любезный тон, впрочем, не оставлял сомнений по поводу прозвучавшей колкости. – Что, неужели в моем доме что-то пропало?

– Увы, мадам, – отозвался Видок смиренно, – мы, сыщики, вынуждены расследовать не только кражи, но порой и убийства.

– В самом деле? – иронически спросила маркиза, но уголки ее губ слегка подрагивали. Тут уже насторожился и Алексей.

– И в данный момент, мадам, мы с моим напарником по поручению его величества заняты расследованием обстоятельств гибели Эпине-Брокара. Уверен, вы не в первый раз слышите имя сего господина.

– Ах, этот… – промолвила маркиза с выражением бесконечного презрения, которое для человека светского является наихудшим из всех приговоров. – Не знала, что его величество так интересуется жизнью и смертью подобного существа.

– У его величества, – сухо сказал Видок, – были основания полагать, что в руки Эпине-Брокара попали секретные протоколы правительства, которые он мог использовать с целью, враждебной интересам Франции. Именно поэтому меня и привлекли к данному делу. Но в ходе следствия выяснились новые обстоятельства… я бы даже сказал, совершенно новые.

Видок произнес последние слова со значением, пристально глядя на маркизу. По телу молодой женщины пробежала легкая дрожь.

– Что же это за обстоятельства? – сохраняя непринужденный тон, спросила маркиза.

– Вам самой они известны лучше, чем мне, – спокойно ответил Видок.