Адъютанты удачи

И, заметив удивленный взгляд Алексея, пояснила: – Читала о ней в модных журналах.

– Ну да, – кивнул Видок, – ведь пять лет назад, до замужества, она была первой красавицей Парижа. Хотя и до сих пор остается ею. Муж в ней души не чает, хотя женился не по любви, а из чистого расчета. Тем не менее он искренне привязался к ней, и, кажется, она к нему – тоже. У них двое детей. Сама маркиза, если бы только пожелала, могла иметь кучу интрижек на стороне, но мои источники уверяют, что она верна мужу. Вопрос?

– Вопрос, – в тон ему продолжила Полина. – Если сия дама – такая безупречная особа, что же тогда она делала на балу у Эпине-Брокара?

– И что это были за условия, которые переменил шантажист, – добавил Видок. – Помните слова из его записной книжки? «Вынужден переменить условия М.» Ведь более чем вероятно, что за М. скрывается именно маркиза де Манвиль."

"– Неужели вы думаете, – недоверчиво спросил Алексей, – что такая женщина, как маркиза, будет охотиться за сокровищами, используя методы наемных убийц?

– Мой дорогой, – иронически отозвался Видок, – кто вам сказал, что она обязательно должна возглавлять банду? Она может быть с ними заодно, либо они могут просто ее использовать. Поверьте, этого вполне достаточно. Пока, впрочем, я ничего не утверждаю. Для начала надо увидеться с маркизой.

У моста они взяли фиакр, и Видок дал кучеру адрес.

Маркиза де Манвиль обитала в особняке, в котором не отказался бы жить наследный принц, а то и сам король, если бы им выпал такой случай. Пропорции здания дышали благородством, обстановка поражала роскошью, а слуги были вышколены до невозможного.

Представительный дворецкий, скорее похожий не на слугу, а на какого-нибудь убеленного сединами герцога, дал понять визитерам, что маркиза вряд ли согласится принять их, ибо в столь ранний час почивает! Так что не соблаговолят ли господа прийти попозже, а пока оставить свои визитные карточки?

– Венсан, – в ответ осведомился Видок, – ты что, не узнаешь меня?

Дворецкий всмотрелся в него, и тотчас же в представительном слуге произошла поразительная перемена. Он покраснел и побледнел, причем, как следует из записи в дневнике Полины Степановны, ухитрился проделать это одновременно. Но так как врачи в один голос говорят, что подобное попросту невозможно, будем считать, что дворецкий сильно переменился в лице. И к тому же забормотал нечто нечленораздельное.

– Так вот, друг Венсан, – продолжал Видок задушевно, – если я говорю, что мне нужна маркиза, и нужна сейчас, то это значит, что ты доставишь ее сюда. Ясно? Не то я могу вспомнить о том маленьком дельце с подлогом, в котором ты оказался замешан. Я человек добрый, Венсан, то есть бываю добрым иногда, но именно поэтому не стоит меня искушать.

Дворецкий молча кивнул и испарился.