Адаптация к взрослой жизни

Остальные члены племени тоже погрузились в занятия, и только Вера периодически подползала к нам по кровати, чтобы заглянуть в текст через плечо. Часа через четыре, когда я приблизился к финалу, Настя неожиданно отбросила мои записи и заявила:

– Нет, такой конец никуда не годится. Его нужно переписать!

– Почему это? – удивился я.

Писанина меня порядком утомила, и мне хотелось побыстрее разделаться с этой сложной задачей. Но Настя, похоже, была твердо уверена в своей правоте и продолжала:

– У тебя всё слишком хорошо заканчивается. Слишком банально, не хватает драматизма и трагедии.

– А вот тут уже интересно, – оторвалась от учебника Света. – Читать некогда, но вы хоть расскажите вкратце, о чём там у вас роман?

Я взглянул в заинтересованные глаза соплеменников и приступил к объяснениям:

– Ну, в общем, у меня одноклассница была, в одиннадцатом, у нее любимый фильм – про восстание Спартака, ну тот, старый еще. А тут как раз я про гладиатора посмотрел фильм и решил, короче, идею использовать. Ну, это, действие происходит в Древнем Риме, там, значит, старый легат в отставке приезжает в свое имение и привозит партию рабов, которых захватил в походе. И среди этих рабов есть молодой парень из степных кочевников. А у легата есть юная и прекрасная дочь, которую должны по воле отца выдать замуж за старого и толстого сенатора. Между юным варваром и дочкой легата возникает любовь, и они вместе бегут на родину юноши и там живут долго и счастливо. В первоначальном варианте поэма называлась «Ночь», имелась в виду ночь побега, а теперь я хочу назвать ее «Варвар».

– Ну и что, нормальная история, – пожал плечами Витька. – Можно даже кино прямо снимать.

– Да нет же, – упрямо заявила Настя. – Нам нужно прямо поразить эту Веронику. Она же любовные романы читает, а там этим хэппи-эндом чуть ли не всегда кончается. И если всё закончить трагедией – будет прямо классно.

– И чем ты предлагаешь закончить? – поинтересовался я.

– Я думаю, они должны покончить с собой, прыгнув в море со скалы. Когда будут ночью спасться от погони, – предложила Саша свой вариант.

– Слишком банально, – отозвалась Настя. – Пусть погоня их настигнет, и раба затравят собаками на глазах его возлюбленной, а она выхватит у отца кинжал и вонзит себе в сердце.

– Настена, ну ты даешь, – удивилась Вера. – Я от тебя такой кровожадности не ожидала.

– Ну я просто историю неплохо знаю, – смутилась Настя. – С беглыми рабами в Древнем Риме не церемонились.

– Я попробую написать по твоему совету, – согласился я. – Не знаю, как зарифмуется, но попробую.

Мы с Настей закончили работу где-то после трех часов утра. Она заснула минут на сорок раньше, и я дописывал в одиночестве, накачавшись кофе до бровей и наблюдая за нашим мирно спящим племенем.