Ад

Рядом на рабочем столе дымилась в большой плоской тарелке горка оладий, на другой тарелке лежали аккуратно нарезанные ломтики сыра и вареной колбасы, плетеная хлебница была доверху наполнена ломтями серого и белого хлеба.

— Как ты? — негромко спросил Родислав.

— Нормально.

Люба машинально отерла лицо ладонью и непонимающим взглядом уставилась на мокрые пальцы. Она и впрямь не заметила, что плачет.

— Любаша, я поговорил с ним, предложил денег…

— Колька много им должен?

— Он не сказал. Для него главное — найти Кольку и разобраться с ним. Колька им чем-то здорово насолил. Артур так и сказал: это вопрос чести, а не денег. Они будут его искать, чтобы отомстить.

— О господи! — простонала Люба. — Что же будет, Родик?

— Я не знаю. Знаю одно: в этой ситуации, наверное, лучше, чтобы его вообще не нашли. Пусть скрывается, сколько нужно, так будет безопаснее для него же.

— Да, наверное. Сколько же мы его не увидим?

— Разве об этом надо сейчас думать? — раздраженно заметил Родислав. — Надо думать о том, чтобы он жив остался, а уж увидим мы с тобой его или нет и как скоро — это второй вопрос. Люба, это действительно очень серьезные люди, которые занимаются криминальным бизнесом. Это не банальные торговцы с рынка и не картежники, у них крутятся огромные деньги, и если они из-за Кольки понесли убытки, то можешь себе представить размер этих убытков. Такое не прощается. У них ведь не только деньги, у них и возможности, и связи, в том числе и в милиции, и в прокуратуре, и в суде. Им ничего не страшно, их ничем не запугать. И мы с тобой ничего не можем против них сделать.

— Значит, будем терпеть, — всхлипнула Люба и снова отерла глаза. — Извини, что-то я расклеилась. Сейчас я соберусь и больше не буду плакать. Ты сам позвонишь Андрею или мне позвонить?

— Позвони ты, — попросил Родислав. — У меня сегодня назначены две важные встречи, их придется перенести, Андрюха будет страшно злиться, но на тебя он орать не станет. А мне сейчас только его криков не хватает.

— Хорошо, я позвоню. Что ему сказать?

— Скажи как есть. Он не любит, когда ему врут. Кроме того, он должен понимать реальную картину: неизвестно, когда мы с тобой сможем выйти из дома и появиться на работе."

"— Хорошо, — повторила она. — Знаешь, я сейчас подумала о том, как странно устроен человеческий мозг. У нас сын в бегах, у нас в доме сидят бандиты и держат нас заложниками, а я беспокоюсь о том, чтобы Геннадий не учудил чего-нибудь и чтобы Лариса сюда не пришла. Она будет звонить в дверь, мы не откроем, и она воспользуется ключами, которые у нее есть. Войдет — и что увидит? Как ей это объяснить? А если бандиты и ее здесь оставят и не разрешат уйти?

Родислав поморщился.

— Любаша, давай будем решать проблемы по мере их возникновения.