Ад находится в Камбодже

— Там, — Денис указал на небольшую пещеру, больше похожую на трещину в скале, — там стальная дверь-заслонка, открывается автоматически изнутри. Когда придет смена, мы ее положим и ворвемся внутрь. Сумико, ты берешь оружие и прикрываешь наши тылы.

Гуффи, Думдумыч — смена караула ваша. Я беру на себя двери."

"Убитых моджахедов рассадили в тех местах, которые они занимали при жизни. Стрелки расположились с противоположной стороны, укрывшись за трупами. Давыдов забрался на скалу рядом с расщелиной. Позицию он выбрал идеальную: вся площадка секрета была как на ладони, освещенная полным диском ночного светила. Здесь даже захочешь — не промахнешься.

Временное затишье позволяло майору разобраться с захваченным арсеналом. Автомат, внешне похожий на «калашников», был его зарубежной модификацией, а точнее, судя по арабской маркировке, иракский «Табук». С такими стволами майору доводилось встречаться во время командировок во Вторую чеченскую войну. Оружие было не новым, но в отличном состоянии; даже сохранилось фосфорное напыление на мушке и прицельной планке, облегчавшее прицеливание в темноте. Три запасных магазина были под завязку забиты патронами, в двух подсумках лежало по паре наступательных американских гранат «М-61» яйцеобразной формы. С такими штуками Денису тоже приходилось иметь дело, но то было во время другой командировки. Норов их он хорошо знал; также знал, что освобожденный предохранительный рычаг громко щелкает, и этим можно демаскировать себя раньше времени. Положив перед собой две «М-61», Давыдов пальцами разжал усики чеки; теперь их можно было без труда выдернуть зубами, как это происходит в боевиках.

Ждать пришлось недолго, хотя именно эти пятнадцать-двадцать минут показались морпеху бесконечными, потому что все это время его мозг, словно буром, сверлила всего одна мысль: «А если наши предположения неверны?» Действительно, если они ворвутся в бункер, битком набитый опытными и безжалостными моджахедами, тогда плен для оставшихся в живых превратится в долгую и мучительную, неимоверно мучительную кончину. «Тогда уж лучше быстрая и геройская смерть в бою…»

Противный скрежет открывающейся тяжелой двери вернул Дениса в реальность. Автомат уже висел на шее, а в каждой руке было зажато по гранате, большие пальцы продеты в кольца. Со своей позиции он видел расширяющуюся полосу света, но тут же ее заслонили темные человеческие силуэты.

«Один, два, три, четыре, — фиксировал мозг разведчика. — Прямо по армейскому уставу, смена караула происходит с разводящим».

Душманы о чем-то оживленно переговаривались, выходя из расщелины на площадку, бронированная дверь оставалась открытой. Моджахеды успели сделать несколько шагов, когда по ним почти в упор плюнули огнем два автомата.