Ад находится в Камбодже

Диверсанты в одно мгновение оказались наверху и одновременно зажмурились от яркого солнца, заливавшего все пространство. Некоторое время им потребовалось на то, чтобы адаптироваться. Когда глаза привыкли к дневному свету, огляделись. Вершина утеса, внутри которого была устроена резиденция героинового императора, была идеально гладкой. Морпехи просто диву дались: каким образом или, вернее сказать, при помощи какой техники можно отшлифовать горную породу площадью немногим меньше футбольного поля. Здесь не было никаких построек, ничего такого, что могло бы указывать на пребывание человека. Лишь по периметру площадки были вбиты стальные сваи, через которые в три ряда тянулись предохранительные тросы и торчали несколько спутниковых антенн, для маскировки выкрашенные в неброский цвет хаки.

Диверсанты приблизились к краю площадки и посмотрели вниз. Там, на сколько мог захватить глаз, раскинулось бескрайнее ярко-изумрудное море тропического леса.

— До земли метров сто, — вслух отметил Денис Давыдов.

— Не меньше, — согласился с командиром Дум-Дум. Голос снайпера звучал спокойно, но все же проскользнули суровые нотки осознания безысходности.

— И никакой возможности соскочить вниз, — добавил Цыган.

— Остается только запеть: «Чому я не сокил, чому не летаю», — в очередной раз блеснул эрудицией Есаул, но интеллектуальная шутка на этот раз не прошла.

— Ладно, возвращаемся к Брикету и будем на месте смотреть, как карта ляжет, — решил не терять зря время Давыдов.

Когда нет возможности отступать перед превосходящими силами противника, остается одно — драться. Драться неистово и безжалостно, в надежде обратить врага в бегство.

Со стороны лестницы до них доносился треск пулеметных очередей; толща скальной породы приглушала звук, из-за чего выстрелы звучали не громче жужжания электродрели. Совсем другое ощущение пришло, когда спецназовцы вернулись на склад: здесь грохот очередей уже вовсю бил по ушам. Неожиданно пулемет смолк. Диверсанты, не сговариваясь, бросились к выходу и у самой лестницы залегли, уже по-пластунски выбираясь из склада.

Брикет был жив — менял магазин в пулемете. Ствол «РПК» обгорел и дымился, над мушкой поднимались сизые клубы. Труп, служивший пулеметчику естественной защитой, растерзанный попавшими в него пулями, представлял собой кровавое месиво.

— Как дела? — спросил Денис, подобравшись к Брикету.

— Нормально, — скупо ответил тот, но не удержался и не без бахвальства добавил: — Рыл пятнадцать я положил. Они отскочили, но, думаю, это не надолго. Скоро опять попрут. Хорошо, что здесь им нет возможности развернуться, а то бы смяли. А как у вас?

— Хреново, — со вздохом честно ответил командир.