Абсолютная власть

Достав изо рта прядь волос, она наконец посмотрела на Джека.

Слова полились из нее негромкими порывами.

– Полиция его задержала. Она… она считает, что он проник в дом Салливанов. Там никого не должно было быть… но там оказалась Кристина Салливан. – Остановившись, Кейт шумно вздохнула. – Полиция считает, что отец застрелил ее.

Как только она произнесла последние слова, глаза у нее закрылись, веки будто обрушились, не в силах держать собственный вес. Кейт медленно покачала головой, наморщив лоб, так как пульсирующая боль в висках резко усилилась.

– Это же безумие. Лютер ни за что не пошел бы на убийство.

– Не знаю, Джек. Я… я просто не знаю, что думать.

Встав, Грэм снял пальто и провел рукой по волосам, стараясь собраться с мыслями.

– Как ты это узнала? – Он посмотрел на Кейт. – Черт возьми, как полиции удалось схватить его?

Вместо ответа она затряслась всем своим телом. Боль стала такой сильной, что, казалось, ее можно увидеть; она зависла над хрупким женским телом, прежде чем обрушиться на него яростными ударами. Кейт вытерла лицо тряпкой. Ей потребовалось очень много времени, чтобы повернуться к Джеку, по одному дюйму за раз, словно она была древней старухой. Глаза у нее по-прежнему оставались закрытыми, дыхание прерывалось судорожными всхлипываниями, будто воздух застревал в легких и вынужден был предпринимать могучие усилия, чтобы вырваться наружу.

Наконец глаза открылись. Губы зашевелились, но сначала с них не слетело ни слова. Затем Кейт удалось выговорить их, медленно, отчетливо, словно она заставляла себя принимать каждый удар, сопровождающий их.

Лютер, одетый в оранжевый тюремный костюм, сидел в той же самой комнате допросов, где не так давно сидела Ванда Брум. Сет Фрэнк расположился напротив, внимательно наблюдая за ним. Уитни смотрел прямо перед собой. Но он не отключился. Этот человек о чем-то напряженно думал.

Вошли два полицейских. Один принес диктофон и поставил его на стол. Включил запись.

– Вы курите? – Фрэнк протянул сигарету. Лютер принял ее, и оба выпустили облачка дыма.

Для записи Сет повторил Лютеру дословно «Миранду». В этом деле процессуальных ляпов не будет.

– Итак, вы понимаете свои права?

Уитни неопределенно махнул сигаретой.

Этот человек оказался совсем не тем, кого ожидал увидеть Фрэнк. Ну да, прошлое у него определенно криминальное. Три судимости – однако последние двадцать лет были чистыми. Впрочем, это мало что значило. Однако ни нападений, ни насильственных действий. Это тоже мало что значило, но все-таки позволяло судить о человеке.

– Мне нужно, чтобы вы ответили на этот вопрос «да» или «нет».

– Хорошо.