А в остальном, прекрасная маркиза…

Когда вошли под ручку – он сногсшибательно элегантный, она умопомрачительно изящная, – все даже притихли, повернули к ним головы, кто-то присвистнул. Эта пара и в Букингемском дворце смотрелась бы на зависть.

Галя быстро отыскала глазами Тимура. Есть реакция? Есть! Лицо передернулось от досады и злости. Секунду не владел собой, но Галя успела заметить. Потом Тимур как ни в чем не бывало повернулся к собеседнику и спокойно продолжил разговор.

За столиком Гали, кроме нее и Вадика, сидели две командированные американки из Хьюстона, сопровождавший их представитель головного офиса из Москвы и чиновник местной администрации. Американки были безвозрастные – то ли тридцатилетние натуральные, то ли пятидесятилетние искусственно омоложенные. Мужчины: Вадим, столичный гость и чиновник – примерно ровесники. Чиновник английским владел только по анкете, на самом деле его словарный запас ограничивался десятком слов. Вадик свободно читал по английски, но разговорной практики не имел. На Галю и москвича легла ответственность за поддержание светской беседы за столом.

Вадим, как только увидел сервировку – слева от тарелки три вилки, справа три ножа, батарея фужеров, – помрачнел. И поесть не удастся. Чем больше дребедени столовой, тем меньше надежды на хорошую еду.

– Начинай с крайних ножа и вилки, – шепнула ему Галя.

– Без тебя знаю, – тихо огрызнулся он.

Когда знакомились, Галя представила Вадика бойфрендом. За этим английским расплывчатым «мальчик-друг» могло крыться что угодно – от мимолетных отношений до серьезных.

Американки улыбались, демонстрируя зубы невероятных белизны и прекрасной формы. Местный чиновник из московского сделал переводчика, просил донести до американок его тосты. Он был явно не дурак выпить, наливал между общими, произносимыми с эстрады, тостами, приговаривая: «Так у нас в Сибири принято». Американки и москвич сибирского ритма не выдерживали, быстро хмелели, Галина только пригубливала, настроение Вадима улучшалось. Уже не приходилось Гале пинать его под столом, незаметно сквозь зубы цедить:

– Улыбайся, зараза! Ты что сидишь, точно кол проглотил? Тебя зачем привели? Комплимент теткам скажи, олух!

Комплиментов Вадик не придумал, но, расслабившись, произнес длинную речь. Говорил о дальней радиосвязи. Сравнивал достижения Америки и России.

– Чтоб я что-то понял, – заключил местный чиновник. – Ну, нальем! И за радиосвязь между нашими странами!

Галя отчетливо услышала, как одна американка другой про Вадика сказала:

– Мой Бог! Мало того что у них при жутких морозах созревают подобные мужики! Но еще они и умные!

А вечеринка катила своей чередой. На эстраде шутил ведущий, выступали артисты, в том числе и выписанные из столицы, раздавались призы за быстрые и потешные конкурсы.