А потом я проснусь

Член, не успевший обмякнуть, напрягается до острой ломоты, и сдерживать руки уже нет ни малейшей возможности. Я обхватываю ее ягодицы под задравшимся платьем, тронув узкую полоску стрингов, и жадно присасываюсь к ее рту. Зря она, наверное, так лихо все сделала. Все планы сдерживаться и не торопиться летят в трубу. Такая она жаркая, страстная, и задница выше всяких похвал.

— У меня еще один вопрос, — хриплю я, сильнее вдавливая пальцы в упругую кожу.

— Спрашивай.

— Можно тебя трахнуть? Я хотел не торопиться, но ты же сама чувствуешь… Еще пара минут в такой позе,и член разорвет.

Ее дыхание обрывается, становясь напряженным, а тело каменеет. Я интуитивно чувствую, что это дурной знак, но даже это не подготавливает меня к услышанному секундой позже:

— Ты не обижайся только… Я хочу, но мне страшно. Просто у меня еще ни разу не было."

"Сказать, чтобы я удивился — это все равно назвать сибирские морозы легким минусом. В смысле, ни разу не было секса? Нет, я сразу понял, что опытной ее не назовешь, да и не похожа она на ту, кто будет из койки в койку прыгать… Но… Чтобы вот так, ни разу? Ей ведь уже двадцать два, и красивая, на загляденье. Как вышло, что этого не случилось ни на школьном выпускном, ни на какой-нибудь вечеринке в универе?

— Чего ты замолчал? — спрашивает Ярослава уже громче и заглядывает мне в глаза. — Испугался?

Мотнув головой, я глажу ее поясницу. Не испугался, конечно, просто немного… Прифигел. И да, осознал степень ответственности, ложащуюся на мои плечи.

— И как так вышло? — стараюсь говорить мягко, без нажима или претензии. Просто мне действительно нужно понять, ждала ли она того самого, с кем могла бы пройти рука об руку всю свою жизнь, либо осталась девственнице по нелепой случайности. Если это первое, то с сексом однозначно стоит погодить.

— А что, это преступление какое-то? — звучит уже с вызовом.

— Любишь ты принимать мои вопросы в штыки. Я к тому, что ты давно совершеннолетняя и очень красивая… Поэтому и удивляюсь, как так вышло.

— Я вообще-то замуж выходить не собираюсь, говорила тебе вроде, — буркает она, убирая ладони с моих плеч. — И хочу всю жизнь посвятить помощи животным. Так чего удивляться, что мне не до секса было?

Кажется, она обиделась на мой вопрос, ну или пытается сделать вид, что обиделась. Поэтому я прижимаю ее к себе крепче. Чтобы меньше думала.

— Но сейчас-то ты у меня на коленях сидишь, а минутой раньше сказала, что не против попробовать. Намерение помогать животным никак не мешает иметь личную жизнь.

— Да ты мертвого достанешь, философ, — бормочет Ярослава, уставившись в сторону. — Я решила, что не буду заниматься сексом после того, как меня друг отца облапал. Мерзко очень было… Я тогда мелкой совсем была и ничего не понимала.