А потом я проснусь

— Если бы баба Лида видела, что мы едим, она бы пальцем у виска покрутила. Мы такие ракушки раньше на берегу речки собирали и в костер выкидывали.

Вытерев губы салфеткой, она поднимает глаза выше моего плеча, и ее улыбка моментально меркнет. Проследив ее взгляд, я оборачиваюсь и вижу Сойку.

Застыв, он разглядывает нас, будто видит впервые. Взгляд тяжелый, лицо покрыто бурыми пятнами. Что я чувствую? Мне ровно.

Из вежливости кивнув, я поворачиваюсь к Ярославе, которая сейчас похожа на статую из гипса: настолько она неподвижна и так побелело ее лицо.

— Привет, Артем, — еле слышно выдавливает она.

Судя по шарканью ног за моей спиной, он молча ушел.

— Извини… — Потупив взгляд, шелестит Ярослава. Ее рука с устрицей безвольно шлепнулась на стол. — Я просто до сих пор себя такой виноватой чувствую… Я ведь даже с духом не собралась лично с ним поговорить после всего. Просто сообщение написала. Что не могу с ним быть, потому что он достоин лучшего отношения и лучшей девушки…

Тут я не удерживаюсь и фыркаю. Сойка достоин лучшего отношения? После того, как стал встречаться с ней мне назло?

— Не надо издеваться. Артем как-то сказал, что меня любит. Конечно, ему больно.

Внутренности будто полили кислотой. Каков урод, а? Ничего святого — так врать наивной девчонке о чувствах.

Я смотрю на ее расстроенное лицо, борясь с желанием рассказать ей правду, но понимаю, что не могу. Не могу я рассказать человеку, которого предали самые близкие люди, о существовании в этом мире очередного беспринципного ублюдка.

— Переживет, — наконец говорю я. — А теперь давай перейдем к сути сегодняшнего мероприятия.

Ярослава, кажется, забывает о Сойке и смотрит на меня вопросительно.

— Три дня выходных сможешь себе устроить? Слетаем к моим родителям на Кипр.

Да, определенно заданный вопрос помогает ей справиться с чувством вины. Ореховые глаза возбужденно вспыхивают, щеки розовеют.

— На Кипр? Это ведь там, где Турция? То есть заграница?

— Совершенно верно, — пряча улыбку, подтверждаю я. — Тот самый остров Кипр, находящийся в Средиземном море.

— Но… — ее взгляд начинает отчаянно метаться по столу, а пальцы — теребить несчастную устрицу. — У меня же загранпаспорта нет… Да и родителям я твоим не очень-то нравлюсь.

— С загранпаспортом Лелик поможет решить. А с моими родителями на месте разберемся.

_________"

"Полететь на Кипр она согласилась. Интерес к новым местам пересилил страх предстать перед родителями в качестве моей девушки, как и обнаружившуюся нелюбовь к перелетами. С Богданом проблем, конечно, тоже не возникло. Как сказал Лелик: за нашу с ней пару все болеют, и каждый счастлив выступить феей-крестной. Я на это только лишь усмехнулся, хотя в глубине души испытал громадное облегчение.