А маме не скажем

 – Мать тут с ума сходит. Но тебе придется поднять свою задницу и хоть ползком, но прибыть к нам со всеми своими документами на долю в бизнесе папочки и наши клубы. И чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше. Иначе две недели работы и море бабок улетят в никуда. Тогда мы точно все потеряем! И еще, Крис, – чувствую, как в груди разливается тепло. – Милли с собой возьми сразу. Не хочу, чтобы по малышке шарахнуло откатом.

– Я тебя понял. Еду, – брат собрал мысли в кучу, оценил всю серьезность ситуации.

Мне нужны от него всего несколько подписей и пакет документов. Мы оставим его здесь отлеживаться, а сами поедем на встречу с Амировым, потом к отцу. Если не сделать это сегодня, завтра мы проиграем. Отец уже ищет меня, понимая, что его второй сын пропал не просто так. Через два часа начнут работать его помощники и юристы. Они будут проверять каждую бумажку, каждый переведенный доллар, чтобы понять, кто успел его предать, встав на нашу сторону. К вечеру они будут знать все. У нас нет больше времени.

– Да сядь ты уже. Раздражаешь! – злится Макс. – От того, что ты мечешься туда-сюда, он быстрее не приедет. Есть еще время.

– Стэфан, Максим прав. Тебе нужно успокоиться. Мы столько сделали… – подключается отец Таи.

– Да знаю я! В этом то и дело! – сел, опустив голову на колени.

Мама погладила меня по спине, но не сказала ни слова. Она переживает за Кристиана. Ночью ей кто-то позвонил и рассказал о том, что отец сильно избил брата. Мы сразу поняли причину этого поступка. Остаток ночи она не спала. Да и я тоже пялился в потолок, мечтая надрать задницу собственному родителю. И там Милли… Твою ж! Я снова поднялся, не в силах сидеть на месте.

Через полтора часа в дверь нашего номера, который сейчас больше походил на штаб-квартиру для проведения спецопераций, постучали. Я открыл и увидел ее. Мой маленький рыжий котенок. Как же я соскучился! За ее спиной побитый, бледный Крис, а я вдох сделать не могу, так рад ее видеть. Их обоих. Самые близкие, самые родные. Мы с братом всего секунду смотрим друг другу в глаза и понимаем без слов. Мы оба приняли одно и тоже решение.

– Стэфан!.. – всхлипнула малышка, бросаясь мне на шею.

Подхватил ее за талию. Закружил и прижал к себе.

– Моя девочка, – поставил на ноги, вытирая слезы с бледных щечек. – Ну не плачь. Тише, маленькая, – мое сердце бахает в груди так, что дышать больно. – Я здесь. Я вернулся. Соскучился, – никого не стесняясь, собираю соленые капли губами.

Она ластится ко мне… И правда котенок. Малышка вздрагивает, когда сзади ее обнимает Крис. Брат просто кладет руки чуть ниже моих. Милли замирает. Хлопает длиннющими ресницами, а затем осторожно выворачивается. Одновременно отступаем, чтобы не давить, понимая, что сейчас не время и не место для выяснения наших отношений.