А если это любовь?

А когда не хватило… Понимаешь, деньги мне понадобились срочно…

– И? Ты пошла к Бэлле? В эскорт?!

– Нет! Ты с ума сошел? Я бы никогда не смогла… После тебя… Я же… Ты не веришь, но я люб… – договорить она не успела. Потому что Мурадов дернул ее за руку, а как только она поравнялась с ним, закрыл рот отчаянным поцелуем.

Глава 25

Поцелуй был сладкий. Глубокий. Голодный. Да к тому же она так отвечала, что если бы не эта проклятая лавина, у него уже бы колом стоял. А так… Ничего. Мурадов углубил поцелуй, прошелся ладонями по хрупкой девичей спине. Стащил свитер, опустил вниз чашечки лифчика и с силой смял грудь, зажимая соски между пальцев. Господи, он ведь даже забыл, насколько она красивая. Тяжелая, тугая, манящая. Умом-то он ее очень хотел. А вот там… там не происходило ничего нового. Родион выругался. Пошевелился, намекая, чтобы Дарина встала с его колен.

– Извини! Тебе больно, да? – забеспокоилась она.

Больно! Да только не в этом дело. Мурадов как пацан боялся, что она почувствует его несостоятельность и… что? Уйдет? После всего, что для него сделала? Игнорируя боль, Родион еще раз осмотрелся. Это просто непостижимо, да. Это так хорошо, что у него, давно разучившегося плакать, в носу щипало. Вот это купил девочку, называется. Кто ж знал, насколько это выгодное вложение? Ведь если есть это пресловутое «и в горе, и в радости, в богатстве и бедности», то что это, если не оно?

А он, идиот, о ней самое плохое подумал. Сорвался с места, пролетел полстраны. Ну, не дурак ли? Горло перехватил спазм.

– Ты злишься, что я здесь похозяйничала?

Мурадов резко вскинулся. Уставился на Дарину во все глаза. Понимая, что так зашугал свою девочку, что она и впрямь не знает, чего от него ждать. До жути хотелось ее обнять. Уткнуться лбом в упругий живот и развеять все ее страхи, но слова буквально тонули в лавине чувств, что на него обрушилась с новой силой. Родион откашлялся.

– Нет. Я прикидываю, как бы мне воспользоваться твоим модным душем.

– Правда?

– Ага. Я из самолета прямиком к Бэлле поехал.

– Я так и не поняла, что это была за спешка. – Дарина улыбнулась, шаря в комоде в поисках полотенца. Мурадов хмыкнул. Что это была за спешка, значит? Он не готов был признаться. Даже себе. В том, что так сильно его подорвало. Он, кажется, такой лютой ревности никогда не ощущал. Даже застав Ирку с другим, и то – это другое было. А тут, казалось, просто не выживет. Если окажется, что его девочка… Нет-нет. Даже думать об этом страшно. Да и не нужно. Теперь. Когда он точно знает, что никого у нее не было. Что все это время она для него старалась. И лишь им одним жила.

– Работы много, – решил отделаться полуправдой Мурадов.

– А-а-а. Понятно. Хочешь, я тебе спинку потру? – поинтересовалась Дарина, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.