Anorex-a-Gogo (СИ)

Сны исчезают

В считанные секунды моё желание сбывается, когда я снова засыпаю и вижу во сне Джерарда, вылезшего из моего телефона и просто поющего мне спящему…

Но самое худшее во снах... они исчезают. Сны исчезают и превращаются в кошмары, которые оживляют все ваши страхи.

Чужак в вашем шкафу.

Ваш отец, который не вернулся домой в ту ночь, когда вам было семь.

Ваши родители-психиатры, которые слишком слепы, чтобы понять, что происходит.

Ваш Джерард, который слишком далеко, чтобы заботиться о вашей безопасности.

Монстры под кроватью.

Сны исчезают, и возвращается реальность, которая как ведро холодной воды выливается на ваше лицо. Когда вы просыпаетесь и не хотите быть в одиночестве. Но потом вы видите, что вы не одни, и начинаете желать стать действительно одинокими.

Кошмары становятся реальными, самыми настоящими вещами, которые вы когда-либо испытывали. Оуэн, заходящий в вашу спальню, его белые зубы, блестящие в темноте, что кажется вдруг зловещим и угрожающим. Он забирается на вашу постель и зажимает вам рот рукой. Его карманный ножик сверкает в лунном свете.

Хотя в такой момент физическая боль почти приветствуется.

Потому что пусть лучше кровь вытекает из вашей кожи, чем из сердца. Вашему сердцу больно гораздо сильнее.

Особенно, когда сны исчезают и превращаются в кошмары, но на самом деле вы проснулись и не можете даже кричать.

Вы не можете докричаться до вашей матери.

Вы не можете докричаться до вашего отца.

И вы не можете докричаться до Джерарда, который так чертовски далеко вместо того, чтобы заботиться о вашей безопасности, как он обещал.

Открытый

Проходит ночь. Так бывает всегда.

Я ненавижу солнце за то, что оно восходит. Почему оно просто не может ради меня остаться внизу и дать мне умереть в одиночестве в темноте? Темнота угрожающая и оскорбительная, но по крайней мере, она держит всё в тайне. Прячет. Но теперь встаёт солнце и через окно светит на моё голое, истерзанное тело, и я обнаруживаюсь. От солнца никогда нельзя скрыться.

Проходит время. Так бывает всегда. Я отсчитываю секунды по тому, сколько вдохов я сделал. Я"

"отсчитываю минуты по неизменному тиканью кухонных часов. Моя мать оставила свой ежедневник на кухонном столе. Я отсчитываю часы по её назначенным встречам во второй половине дня.

Мистер Шаффер в её офисе в 13:00, чтобы поговорить о его жестоком отце.

Мистер Альба в её офисе в 15:30, чтобы понять, почему он пытался покончить с собой шесть раз за один месяц.

Миссис Барбаджелло в её офисе в 18:25, чтобы разобраться с проблемами, которые у неё были в детстве.

Я смотрю на пометку, стоящую рядом с записью в ежедневнике.

Изнасиловал её брат, когда ей было двенадцать.

Моё сердце сжимается в груди.