Холодный свет далёкой звезды

– Смотря, что ты вкладываешь в понятие «ухаживать». – Произнесла она задумчиво и закусила губу, борясь с сомнением. – Наверно всё же ухаживал. И, да, действительно долго. – Выдавила из себя мученически. – Сказать, что это было красиво не могу, скорее… скорее, больно. Для каждого из нас.

Нервно потеребила пальцами и сжала их в кулак, словно пытаясь сконцентрировать внимание.

– Он тебя заставил. – Даже не предположение. Акмаль знал наверняка. – Долго и упорно объяснял, как правильно, как нужно. А потом, когда практически это внушил, вдруг выбросил на свободу, чтобы поняла, что мир теперь пустой. Без его поддержки пустой. Без его присутствия в твоей жизни.

– Даже не скажу наверняка. – Внимательно размышляя над сказанными словами, выдала Лора. – Мне всегда казалось, что он позволил выбирать. – Усмехнулась. – Правда, знал наверняка, какой выбор я сделаю.

– Нет?! – Перебил эмоционально и цинично ухмыльнулся.

– Если только в эмоциональном плане. Давил психологически.

– Ну, может, потому, что я, как ты верно заметил с самого начала, особенная? Для него особенная, не для других. И цели у него были иными, нежели с теми девушками, с которыми после приходилось встречаться тебе.

– Возможно. – Нехотя согласился, склонив голову набок. – А, возможно, и нет. По крайней мере, удивляет то, что ты так уверенно говоришь об этом.

– Ильдар вполне чётко провёл границу наших с ним отношений. Их смысл, суть, цель. Когда перед тобой настолько точно поставлена задача, ошибиться крайне сложно. Только если захотеть…

– А тебе не интересно, откуда эту умную схему знаю я? – Вдруг прервал мужчина рассуждения, возвращая к началу разговора.

Лора лишь пожала плечами, невольно вглядываясь в хмурое небо за окном. Можно подумать… Ещё пять минут назад светило солнце, а сейчас…

– Ты брат. Ты знаешь.

Акмаль покачал головой, отрицая. Снова взял в руки фотографию, посмотрел на неё, пытаясь скрыть очаровательную улыбку, только адресована она была не Лоре, а обладательнице портрета, а потом улыбаться перестал. Выставил фото на подножку, устанавливая аккурат напротив Лоры, чтобы видела, чтобы запомнила.

– Это Вероника. – Повторил с неприятной настойчивостью. – Вероника Москвина. – Тяжело вздохнул, когда глаза Лоры округлились, выдавая понимание, редкие гневные искорки, а потом застыли, вглядываясь в изображение.

Что она думала в этот момент?.. Наверно и сама не смогла бы ответить. «Красивая» – крутилось в голове слово, точно заевшая пластинка. Не завидовала, нет. И даже успела понять, что это была не ревность. Что-то другое. Ещё более разрушительное, более горькое, что заставляет распластаться на полу, не имея сил скрутиться и перетерпеть боль.