Холодный свет далёкой звезды

Не мог этого даже представить, но явно ощущал нарастающее отвращение и не скрывал его. Ильдар кривую ухмылку проигнорировал. Присел напротив, устраивая локти на собственных коленях. Глянул исподлобья и намеревался что-то спросить, как передумал. Отвернулся в сторону и понимающе кивнул.

– Что ты, разве я могу? – Выглядело не очень убедительно, но Руслан не особо по этому поводу переживал.

– В этот раз обойдёмся без пьяной истерики? – Припомнил давнюю встречу, но взгляд отвёл первым.

– Скажу тебе больше: в этот раз обойдёмся и без комментариев, вопросов. Мне, вообще, неинтересно, что сказать можешь. И… знаешь, – усмехнулся, недоверчиво кивая головой, из-за стола поднялся, подвигая к Ильдару диктофон, – я уверен на сто процентов, что в ней говорила обида. Но эта обида… Я ей поверил, Ильдар! – Заявил ледяным тоном и выпрямился. – Зная, что всё не так, я поверил ей, потому что не поверить было невозможно! Каждое слово, каждая эмоция выстраданная, вымученная… – Скривился, понимая, что всё впустую. – Это запись. – Кивнул на диктофон. – Просто не выключил после предыдущего клиента, я и вспомнил не сразу, а потом даже обрадовался. Хотел, чтобы ты услышал, чтобы хоть что-то понял, прочувствовал. Особенно волнующими получились последние два часа. Когда рыдала, кричала, тихо плакала, билась в истерике и снова плакала. Так… – Сжал кулак и напряжённо выдохнул, прикрывая глаза, – что хотелось пойти и удавиться. За то, что, вообще, имею к тебе хоть какое-то отношение. Всегда сволочью был, но сегодня превзошёл себя. – Дружески похлопал по плечу. – Дверь потом захлопнешь. – Бросил на ходу, оставляя в полном одиночестве.

Пустой дом. Сегодня он был пустым особенно. Будто каждая живая душа знает, что произошло, что случилось… Тусклый свет ночных ламп, тёмные стены, тайны, спрятанные в них. За каждым углом, за каждым новым шагом. На огромной постели Лора. Спряталась под мягким пледом. Очень хочется, чтобы спала, но понимает, что не спит. Ничего не ждёт просто смотрит в пустоту. Сел с края постели, устало потёр лицо, стянул галстук, который петлёй болтался на шее, швырнул в сторону пиджак.

– Поговорим? – Предложил тихо и запрокинул голову, хватая воздух ртом.

– А я ничего не хочу слушать. – Отвечала вяло, видимо, препарат, который ввёл Руслан, постепенно глушил реакцию, но она боролась. Или просто не могла поддаться на его действие. – Поднялась, с трудом пытаясь вывернуться в нужную сторону, прищурила глаза, всматриваясь в его образ, размытый бледным светом ночника. – Я не хочу тебя видеть, уходи.

– Нет. – Ответил, замявшись. Лора ухмыльнулась: чувствует вину.

– Мне очень плохо, я прошу тебя уйти. – Повторила монотонно, но видно было, что сопротивляется желанию просто выгнать. Раскричаться, расплакаться.