Звезды и Лисы

У Натальи Александровны, когда Ник принимался допытываться, глаза моментально наливались слезами, а они с братом с самого детства не выносили маминых слез, и Ник сразу же отставал, просил прощения, каялся и тоже начинал рассуждать об отпуске на море.

Сплошное наслаждение жизнью, что ты будешь делать!..

В день выписки почему-то никакого столпотворения возле его «коечки» не было. Лечащий врач заглянул, осмотрел рану, велел сестре поменять повязку, и в двенадцать Нику принесли «историю болезни».

– Вы уж больше под обстрел не попадайте, – добродушно напутствовал его лечащий врач. – Ничего страшного, конечно, но ведь неприятно, согласитесь!..

Ник согласился.

Телефон у него куда-то пропал, и он много времени потратил, прикидывая, куда все могли деться и как ему теперь добираться домой.

Потом вышла заминка со штанами. Джинсы натянуть он не смог. Он старался изо всех сил, вспотел, как мышь, на свежей повязке стало расплываться красное пятно, и Ник понял, что если кто-нибудь из персонала это увидит, его задержат в отделении еще на несколько дней, а ему очень хотелось… на волю, в лето.

Ему представлялось, что за больничными, до половины закрашенными окнами давно наступило лето.

Среди подарков Сандро Ник раскопал очередные немыслимые брюки на веревке вместо пояса, должно быть, тоже «коллаборационистские». С этими дело пошло!.. Они легко наделись, веревку можно не завязывать, авось не упадут. Там же нашлись футболка и толстовка на молнии. Футболка была огромной и мягкой, Нику даже удалось просунуть в рукав раненую руку.

После всех этих упражнений он так устал, что некоторое время сидел на «коечке», свесив голову и тяжело дыша.

Интересно, как он домой поедет?..

Затолкав собственную одежду вместе с «историей болезни» в сумку – сумку тоже прислал Сандро, – Ник повесил ее на здоровое плечо и потихонечку отправился восвояси.

Звонить с сестринского поста брату он не стал – зачем?.. Раз уж его все бросили, так тому и быть.

Ник вышел на улицу, и у него сразу же закружилась голова. Воздух был прохладный и показался ему очень вкусным, несмотря на то, что за домами ревело Садовое кольцо.

Никакого лета не было. Деревья по-прежнему акварельно зеленели, травка еще только пролезала, и тетки в оранжевых формах высаживали на газонах тюльпаны.

Ник зажмурился и вздохнул.

– Николай Михайлович!..

К обочине был припаркован белый «Форд» с синими полосами и буквами «МВД РФ», задняя дверь распахнута. Возле «Форда» топтался лейтенант, который однажды уже забирал Ника в отделение, кажется, майор Мишаков называл его Павлушей.

Ну вот. Началось.

– Проедем, Николай Михайлович?

Ник исподлобья посмотрел на лейтенанта. Тот твердо выдержал его взгляд.

– Надо, надо проехать, Николай Михайлович!..