Стань Звездой!

Деб глянула себе под ноги и почти не удивилась, увидев, что машинально сложила камешки так, что нанеси сверху линии нотного стана — и выйдет очень грустная мелодия. Аккуратно собрав камни, она вернула их к остальным и встала. Сходила на кухню, сделала себе чашку чая и вернулась в сад. Небо на востоке уже окрасилось алым.

Отец Курта погиб за пару дней до Дня благодарения. Поехал на вызов и попал в засаду. Он и Лорд. Много лет спустя Деб узнала, что он расследовал какое-то крупное дело, и его сдали свои же. В теле Стенли Льюиса нашли три дюжины пуль, Лорду досталось немногим меньше.

Деб до сих пор помнила похороны мистера Льюиса. Курта, одетого в слишком просторный пиджак, нелепого, худого, бледного и заплаканного. Миссис Льюис, элегантную, с идеальной прической и искусным макияжем — и оттого нелепую и неуместную на сером осеннем кладбище. Когда она брала ком земли, чтобы бросить на могилу, Деб едва не закричала от ужаса: ей показалось, что с ее пальцев капает кровь. Это конечно был всего лишь красный лак на ногтях, но много ночей подряд Деб потом снились кошмары, как кровь течет с пальцев, смешивается с жирной кладбищенской землей и капает на букет искусственных лилий на крышке дешевого гроба.

Миссис Льюис упивалась ролью вдовы — это Деб поняла, когда стала взрослее. Когда научилась разбираться в людях и ей стали понятнее мотивы их поведения. Миссис Льюис безмерно льстили внимание сослуживцев мужа и очередное вручение наград. Получив огромную страховку, она могла не волноваться насчет счетов и просто текла по реке жизни. О сыне она вспоминала, только если нужно было сделать парадное фото ""вдова и сын героя скорбят"". Тогда она отыскивала Курта, одевала в новехонькие, но не подходящие по размеру брюки и рубашки и тащила за собой в мэрию, полицейский участок или на благотворительный вечер.

В остальные дни о ее сыне заботились родители Деб и Зака. Это их отец держал содрогавшегося в рыданиях мальчишку, помогая бросить землю на гроб, а мать следила, чтобы он хоть что-то ел. Мать отвезла Курта к врачу, когда у него начали появляться непонятные синяки на теле, хотя отец сразу настаивал на том, чтобы вызвать полицию. Ситуация оказалась банальной: от пережитого стресса у Курта резко упало зрение, и он без конца натыкался на мебель. От врача он вернулся в огромных старомодных очках. Медицинская страховка отца, раньше покрывавшая и лечение сына, больше не работала, а новую мать оформить не удосужилась. Курт, услышавший, что за прием у офтальмолога миссис Камерон заплатила двести долларов, наотрез отказался носить выбранные ею очки, сколько бы она ни упрашивала. А десяти долларов его карманных денег хватило только на это.

— Ну ты и урод! — выдала Деб, едва увидев Курта.

— И ничего не урод! — вступился за Льюиса Зак.