Стань Звездой!

Но все равно хотел увидеть, как глаза у Курта за миг до оргазма выцветут окончательно, а пальцы Зака, ласкающего себя, зальет густая сперма.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Еще слово — и ты лишишься ликера, — сказал Эрик, изумившись тому, как хрипло и низко прозвучал его голос. — По статистике до девяноста процентов неудач в процессе бросания курить приходится на случаи алкогольного опьянения. Активация дофаминовых рецепторов…

Договорить он не смог — Курт вскинул руку и приложил палец к его губам.

— Стоп! — выдохнул он. — Остановись, мой говорливый друг. Ботаники никого не возбуждают.

— А мне нужно тебя возбуждать? — Эрик с огромным трудом подался назад, все еще ощущая прикосновение его пальца."

"На работе ему почти постоянно приходилось находиться в тесном контакте с людьми — изображая ли рукопашную схватку или снимая сложные трюки с удержанием партнера. Эрик привык впускать в личное пространство партнеров по съемкам, но старательно избегал этого в обычной жизни. Не считая нескольких сексуальных партнерш, Камерон стал первым. Но Курт будто уже давно был “своим”. К его прикосновениям даже не нужно было привыкать - барьер был сломан в тот момент, когда Эрик прижал Зака к стеклу и встретился с Льюисом глазами.

Курт усмехнулся и склонил голову набок.

— Нет, но я уверен, что Зак со мной солидарен, — объявил он негласную капитуляцию, не став развивать тему. А потом и вовсе обошел Эрика и порылся в холодильнике, находя пакет с огурцами. Достал сразу два, хорошенько вымыл и, насвистывая, вышел в сад.

Торчать в кухне было глупо. Эрик взял из вазы большое румяное яблоко и вышел вслед за ним.

Майка, уже успевшая поужинать хорошей порцией корма, радостно щебетала в кустах. Эрик привычно уселся на “свою” сторону дивана рядом с вольготно расположившимся Куртом и с хрустом откусил яблоко.

— Где ты научился так плавать? — спросил с интересом. — Держал ответ за честь школы? Или университета?

— И там, и там, — отозвался Курт. Одного огурца уже не было. — И еще верховой ездой занимался, но в этом меня Зак всегда обскакивал, — он улыбнулся нечаянному каламбуру. — Но еще бы чуть-чуть, и ты бы меня тоже обскакал, — признался совершенно открыто и даже, кажется, с уважением.

— И Заку пришлось бы меня вытаскивать из воды, — с легкостью открылся Эрик,  — потому что последние двести метров я плыл на чистом упрямстве и вряд ли осилил бы еще хотя бы пятьдесят. Я начал плавать после травмы, и сначала просто мечтал взорвать все бассейны в мире, чтобы больше не приходилось терпеть боль в недавно сломанных руках.