Стань Звездой!

— Я могу рассчитывать на завтрак и кофе, или у тебя планы?

— Никаких планов, — покачал Зак головой. — Оставайся.

А сам с неожиданной для себя горечью подумал, что Курт прав. Не стоило даже обольщаться: с Эриком все равно ничего не выйдет, хоть спи с другими, хоть не спи. Тому были нужны отношения вполне определенно рода. И надежный, правильный партнер ему под стать.

С этой мыслью Зак отобрал у Курта пачку и закурил еще одну сигарету.

* * *Эрик спокойно дал костюмерше разгладить невидимые глазу складки на синем тюремном комбинезоне, пока гримеры заканчивали прилаживать ему на макушку фальшивую лысину.

— Мистер Ласард, ваш выход через пять минут, — услужливо сообщил ассистент.

— Спасибо, — отрешенно ответил Эрик, пытаясь не потерять концентрацию.

Съемки затянулись из-за неподходящей погоды, и вместо трех дней его не было в городе почти неделю. Приехав вчера после обеда, он встретился в клубе с Камероном и сразу со съемочной группой. В этот раз им не потребовались постановочные “неудачные дубли”, потому что сыграть эмоции оказалось предсказуемо трудно.

Гримеры все еще крутились вокруг, но Эрик закрыл глаза и плотно сцепил руки в замок.

— Я иду по миле, я иду миле, я иду по миле… — зашептал он. В комнате все притихли. — Я иду по зеленой миле…

Вставая с кресла он сгорбился, стараясь прочувствовать весь вес большого тела. Выставил руки вперед, подставляя под бутафорские наручники. И сделал первый шаркающий шаг на сцену.

Зак смотрел на него красными опухшими глазами. Его плечи вздрагивали.

— Все будет хорошо, — сказал ему Эрик тихо. — Это тяжелый момент. Но я потерплю.

Щека Зака дернулась.

— Джон… — сказал хриплым надломленным голосом. — Сейчас это надо снять, — и указал на маленький крестик в глубоком вырезе тюремной робы.

Эрик послушно наклонил ставшую вдруг невероятно тяжелой голову."

"— Когда я усну, да? — спросил он, когда Зак, запнувшись несколько раз, пообещал вернуть ему крестик потом. — Я немного поспал сегодня днем, и видел сон…

Слова путались, Эрику казалось, он перескакивает с одной мысли на другую, пропускает целые фразы. Благо, сейчас это было даже на руку: и в фильме, и в книге, отрывок из которой Камерон зачитал ему вслух, Джон Коффи говорил именно так. Эрик медленно шел по выстроенным декорациям коридора, почти не обращая внимания на находящихся рядом сразу двух операторов. В руку повыше локтя впивались горячие пальцы Зака, слышалось его сбитое дыхание.

Хорошо, что Эрик много лет посвятил медитациям и прекрасно умел сохранять нужный душевный настрой. Потому что бутафорские наручники неприятно царапали кожу, а голова под силиконовой накладкой невероятно чесалась.