Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ)

Он так ещё дышит тяжело… Иногда мельком поглядываю на его скривившееся от боли лицо. Но оно быстро расслабляется, когда прогреваю мышцы движениями.

Руки быстро устают, и я останавливаюсь, наслаждаясь краснеющей спиной Глеба. Поясницу промяла, помазала, шейно-воротниковый отдел хорошенько промассировала.

— Как ты там? — спрашиваю его аккуратно, даже заботливо. Надеюсь, ему поможет. А то я спать спокойно не смогу.

— Превосходно.

И бодро встаёт, скидывая меня со своей задницы. Не успеваю ничего понять, как заваливаюсь на бок. Руку не выставляю — она занята тюбиком и крышкой. Поэтому падаю ровно на кровать, касаясь головой подушки.

А в следующую секунду я вижу перед своим лицом физиономию Пожарского.

Ощущаю его между своих ног.

И его горячую ладонь, сжимающую моё оголённое из-за ночных шортиков бедро.

Это мне сейчас тоже кажется, или всё происходит в реальности?!

Точно реальность! Запах Глеба ни с чем не спутаю.

И от осознания задыхаюсь. Не могу нормально втянуть носом воздух. Мужчина настолько близко, что мы едва не касаемся носами.

Мои пальцы моментально всё выпускают, и я упираюсь ладонями в его стальные плечи.

— Ты чего? — пытаюсь не выдать дрожь в голосе.

Да меня уже всю трясёт от страха и злости!

— Каково тебе лежать под мужчиной, которого ты ненавидишь, м, Нежная? — произносит с издёвкой, улыбаясь.

Ах, это месть за ту фразу…

Но ответить я отчего-то не могу.

Мне бы втянуть носом воздух, да так, чтобы не коснуться грудью его торса. Но уверена, только шелохнусь — мы станем ещё ближе, хотя, казалось бы, уже некуда.

Воздух вокруг и так словно накалённый.

— Твоя ладонь, — шепчу, ощущая засуху в горле. — Ты…

Его пальцы скользят от коленки выше и выше… Прямо как в том сне.

— Так ответ я услышу? — останавливается у самого края шорт.

— Никак, — выпаливаю в испуге, а также из вредности. — Даю мужчине иллюзию того, что он всевластен.

Сглатываю от прокатившегося по всему телу жара.

Господи, почему мне так не по себе?

В лёгких начинает гореть от недостатка кислорода.

И отчего-то появляется навязчивая мысль… что мне нравится. Наша поза, наш диалог, наша перепалка.

Давно меня никто не держал в таком тонусе. Точнее, никогда.

Я вообще безобидная, с людьми так не ругаюсь. Но Пожарский вытащил моих чёртиков, словно предводитель, и даёт им вволю попроказничать.

— Вот оно как, — хмыкает. — То есть ты полностью контролируешь ситуацию?

Его пальцы скользят ещё выше, под шортики, и я натягиваюсь, как струна.

— П-полностью, — на секунду заикаюсь.

Вру. Ни капли ситуация не в моих руках.

Хуже — она выходит из-под контроля.

Почему Пожарский такой красивый?

И подлец одновременно."

"Притягательной, искусительный подлец.

Боюсь, если он вдруг продолжит, я дам слабину. Зайду за грань.