Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ)

— Вы в курсе, что вы проникли на частную собственность? Я звоню охране.

Подхватив малютку на руки, спешу обратно к дивану за телефоном.

— Какая ты раздражительная, — недовольно слышится за спиной. — Саш, сделай так, чтобы её здесь не было.

Чего?..

Малышка сильнее прижимается ко мне от тона незнакомки. Напрягается, и я ощущаю, как дрожат её маленькие плечики.

— Вы понимаете, что подвергаете ребёнка стрессу? — восклицаю, пытаясь образумить этих двоих. Подлетаю к столику, хватаю телефон и только успеваю нажать на список последних вызовов, как телефон из рук у меня выхватывают.

Малышка начинает громко плакать. А Марта кривится, слыша детский плач, и вот-вот готовится заткнуть уши.

И она вот так решила помириться с дочерью?!

Мужчина внезапно одним движением отбирает у меня Астру. Я не стискивала её сильно, чтобы не сделать больно. А он, не заботясь об этом, схватил под мышки и сейчас передаёт её Марте.

Звёздочка истерит ещё сильнее, взвизгивает и вырывается, а я испуганно бросаюсь в её сторону, но тут же напарываюсь на мужскую руку.

— Верните мне ребёнка! Сейчас же! Да это подсудное дело!

Широкоплечий мужчина, обхватив за талию, закидывает меня на плечо. Бьюсь руками, ногами и ругаюсь, едва сдерживая крики. Боюсь за малышку. Если она уловит мою панику, окончательно впадёт в истерику.

Господи, что же делать?!

— Отпусти, козёл!

Я готова уже укусить его, лишь бы выполнил мою просьбу, но он и так делает это, ставя на ноги и толкая меня внутрь комнаты на первом этаже. Я, едва поймав равновесие, чтобы не упасть, бросаюсь вперёд. Но чуть не встречаюсь носом с закрывающейся дверью.

Она захлопывается прямо перед моим носом.

Дёргаю за ручку — не открывается! Вспоминаю, что двери можно закрыть с той стороны. Глеб специально сделал так, чтобы Звёздочка не заходила в комнаты, в которые ей нельзя.

Страх хлёстко бьёт по всему телу, когда окончательно понимаю, что дверь не открою. Ноги подкашиваются, колени трясутся, а кулаки долбят по двери.

— Откройте сейчас же! — воплю, чувствуя стекающие по щекам слёзы.

Моя девочка там. Одна. С незнакомыми людьми. Точнее, со своей родной матерью, что один раз уже предала её, сделала больно. И я уверена… сделает ещё раз.

ГЛАВА 49

Глеб

— Заверните, — довольно улыбаюсь, рассматривая турецкие сладости. Взял пока те, что не испортятся ни через пару дней, ни через неделю. Потом уже, перед отлётом, куплю оставшиеся. Если не забуду и не свихнусь к тому времени.

Кажется, моя поездка затянется. Переговоры с турками по поводу книгоизданий идут не так гладко, как я ожидал. И времени на разрешение ситуации может потребоваться больше.

А у меня мысли уже о доме.

Хочу в свою глушь, как называет мой уголок Люба.