Звёздный десант

– Доктор Гауди нетерпеливо тер палец за пальцем, то и дело окуная руки под струю воды. Он был гением медицины, и за это дон Гвидо многое ему прощал – например, то, что за столько лет сотрудничества Гауди так и не научился относиться к боссу с должным почтением. – Генетический материал, взятый у этого типа, совпадает с присланными образцами с точностью до 99,8 процента. Нет никаких сомнений: это он. Или его клон. – Доктор саркастически ухмыльнулся.

Каперони вопросительно посмотрел на Пануччи. Тот кивнул: я контролировал процесс, босс. Ошибки нет.

– Хорошо, – проронил дон Гвидо. – Пригласи его в мой кабинет.

Пять минут спустя, поднявшись наверх на индивидуальном лифте, он радушно встречал у дверей своего рабочего кабинета мистера Роберта Маккейна, спецпредставителя Разведывательного Управления Соединенных Миров на Талголе.

– Что это за балаган, мистер Каперони? – первым делом поинтересовался Маккейн, когда они обменялись приветствиями. Левый рукав высокопоставленного разведчика был засучен, белоснежная застывшая полоса стерильной медицинской пены прикрывала место на его руке, из которого доктор Гауди взял образец для генетической экспертизы. – Вам что, было мало того, что мое руководство подтвердило мои полномочия?

– . Я искренне прошу простить меня, мистер Маккейн, – склонил голову Каперони, – но в сложившейся тяжелой ситуации невозможно никому верить на слово. Как вам известно, ваш предшественник, мистер Фробишер, с которым я был знаком лично, скончался при весьма загадочных обстоятельствах, а с вами мы еще не работали. Наш противник невероятно хитер, он вполне мог подсунуть нам своего резидента под вашим именем, с вашими документами и даже под вашей внешностью. Минимальная безопасность требовала, чтобы ваша личность была удостоверена наверняка…

– Хорошо-хорошо, – нетерпеливо произнес разведчик. – Вы удостоверились, что я – это я. Теперь мы можем, наконец, побеседовать о делах?

– Для этого нам необходимо помещение, в котором можно было бы говорить максимально откровенно без опасения, что наш разговор станет достоянием третьих лиц.

– Прошу в мой кабинет, – широким жестом мистер Каперони указал на двери красного дерева.

Они с гостем расположились в удобных креслах возле заранее разожженного дворецким камина. Дон Гвидо очень гордился этим огромным камином в кабинете, который сразу располагал собеседника к уюту и невольно заставлял его излишне раскрываться.

На куратора из Разведывательного Управления, впрочем, камин особого впечатления не произвел. Он был из семьи потомственных конгрессменов и вырос среди роскоши.