Звездная тень

– Даешь? Возвращаешь?

– Возвращаю. Даю,– признал я.

И бросил Зерно в подставленную ладонь, в жадно сжавшиеся пальцы, мигом укрывшие то, что было нужно нам обоим.

Вот только свет не пропал. В моей ладони, будто приклеившись к коже, мерцала еще одна огненная горошина.

Синекожий проворно разжал ладонь, будто убеждаясь, что не стал жертвой ловкости рук.

– Одно? И другое? Два? Зерна?

– Два,– согласился я.

Мигом вернулся страх. Передо мной был не скулящий, поверженный, недобитый враг, а соперник. Теперь и я чувствовал в руке тепло. Уже не чужое – свое.

И знал, что не хочу его отдавать. Никому.

На корточках, не вставая, я пятился от синекожего. Тот приподнялся, свободной рукой достал что-то из портупеи. Дьявол!

Но он не стрелял.

Я дополз до флаера. Приподнялся, цепляясь за обрез кабины. Мы замерли – словно два испуганных зверя, урвавшие по своему клочку добычи, но безумно боящиеся, что сопернику захочется иметь все. Какие, к черту, разумные представители великих цивилизаций! Два шакала, дерущихся за объедки антилопы, пока лев спит…

Если местные боги не спали, то они, наверное, устали хохотать, глядя на нас.

Одним рывком я заскочил в кабину, нырнул в спасительную мягкость тьмы. Увидел сквозь прозрачный корпус, как синекожий сиганул вверх по тропинке, под прикрытие скалы.

– Ты отдал ему Зерно? – закричала Маша. Я разжал ладонь, и она замолчала. Сказала, уже не так уверенно: – Но я видела…

– Мы получили свое, Маша. Свое.

Она посмотрела на Кэлоса – на мертвое тело, застывшее между нами.

– Значит, он… зря?

– Ничего не бывает зря.

Нет, конечно, мы все равно добыли бы Зерно, даже не будь с нами Кэлоса. Я был в этом уверен.

Вот только добыли бы его по-другому. Именно так, как собирались, отняв у других, не меньше нашего нуждающихся в Тени.

– Черт…– Маша вдруг засмеялась, откинулась на невидимой опоре.– Все в голове не укладывается… здесь ведь не умирают насовсем…

Она все смеялась, не отводя взгляда от мертвого тела.

– Надеюсь, он уже дома. Умывается после ратных подвигов…

Я не обрывал ее, Маше сейчас надо было сбросить напряжение. Пусть так. Мертвым не обидно. Если Кэлос и впрямь ожил человеком – ему не на что обижаться. Если его разум вознесся на следующий виток… то что ему этот захлебывающийся, готовый сорваться слезами женский смех…

– Я тоже надеюсь, что он дома,– деревянным голосом сказал я.– Ладно. Хватит, Маша.

Она послушно замолчала:

– Да. Извини. Нехорошо. Летим обратно, Петр. Нам надо поторопиться.

– Ты умеешь управлять такой машиной?

– Немножко. Мне объясняли.

– Тогда вези спокойно, без суеты. Нам ведь не надо убегать.

Маша наморщила лоб.

Я поднял ладонь, приоткрыл на миг. Алая звезда разбросала свой холодный свет.

– Мы не украли его. Мы получили свое, и никто не рискнет отнимать Зерно.