Звездная стража

 – К чему вы ведете, Смит? – спросил он, отказываясь от уставных форм обращения к офицеру. Связист пытался высвободиться от хватки рейнджера. Он поднял глаза и встретился с взглядом Картра. Пальцы Картра разжались, и рука упала. Смит верил в свои слова, верил, хотя и пытался насмешничать. Смит пришел к нему за помощью. Впервые Картр был рад, что обладает этой странной способностью – способностью улавливать чувства товарищей.

– Говорите, – сказал он, садясь на спальный мешок. Он чувствовал, что напряжение, охватившее всех секунду–две назад, ослабло. Картр также знал, что рейнджеры пойдут за ним, они ждут его решения.

– Вибор больше не с нами… Он свихнулся… – Смит с трудом отыскивал слова. И Картр читал в нем поднимающийся страх и отчаяние.

– Из–за потери зрения? Но тогда это временно. Привыкнув, он…"

"– Нет. Он уже давно приближался к безумию. Ответственность за команду в этих условиях… борьба с зелеными… Торк был его другом, помните? Корабль, распадавшийся на куски, без всякой надежды на починку… Все это накладывалось друг на друга. Сейчас он не осознает наше положение, не желает поверить в него. Он отступил в свой собственный мир, где все идет как положено. И он хочет, чтоб мы пошли с ним туда. Картр кивнул. В каждом слове Смита звучала правда. Конечно, у него самого никогда не было тесных личных контактов с Вибором. Рейнджеры не допускались во внутренний круг Патруля, их только терпели. Он не закончил академию сектора. Отец его не служил в Патруле. Поэтому он всегда оказывался в стороне от экипажа. Дисциплина Службы, всегда строгая, стягивалась все туже, превращаясь в жесткую кастовую систему с того времени, как он надел знак Кометы – может быть, потому что сама Служба была отрезана от обычной жизни среднего гражданина. Но сейчас Картр смог по–новому взглянуть на странные происшествия последних месяцев, противоречия в приказах Вибора, в тех его словах, которые ему случалось услышать.

– Вы думаете, надежды на его выздоровление нет? – Нет. Крушение было последней каплей. Приказы, которые он отдавал за последние часы… Говорю вам, он свихнулся!

– Ладно! – в напряженной тишине прозвучал голос Рольтха. – Что же нам делать? Вернее, что вы от нас хотите, Смит? Связист безнадежным жестом развел руки. – Не знаю. Мы сели… навсегда… в неизвестном мире. Исследования – это ваша работа. Кто–то должен вывести нас отсюда. Джексен… Он пойдет за командиром, даже если Вибор велит взорвать корабль. Они вместе прошли через Битву Пяти Солнц, и Джексен… – голос Смита прервался.

– А Мирион? – Без сознания. Не думаю, что он выкарабкается. Мы даже не знаем, насколько серьезно он ранен. Его можно не считать. Не считать в каком случае? – подумал Картр, и его зеленые глаза сузились.