Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

Это означало, что источник еще находится внутри — и Белый Дьявол вошел туда, безжалостно выжигая склизкие наслоения и расшвыривая камни — но обнаружил лишь расколотое на много частей и давно выпитое Сердце. Чистильщики унесли большую часть его обломков в своих полупрозрачных телах; наверное, в каналах и руинах можно было встретить бронзовых и серебряных тварей, а может, их всех давно истребили жаждущие Звездной Крови хищники…

Да, Сердце было разбито, однако сам иллиумовый стержень Меча уцелел. Длиной в пять человеческих ростов, он покоился под руинами, подобно древнему клинку без рукояти, когда-то потерянному исполином. Сейчас извлечь и забрать его было невозможно — однако в голове Белого Дьявола зародился замысел, заставивший губы скривиться в сумрачной усмешке.

Возможно, Меч Жесткого Света еще послужит Эстэ…

Он отыскал еще кое-что полезное, но совсем мало. Многие уцелевшие здания, особенно в безопасных районах, давно подверглись разграблению — несмотря на запрет, в Эстэ все равно забредали отчаянные Восходящие, расхитители гробниц, всякого рода копатели и шайки изгоев, некоторые из них даже пытались обосноваться здесь. Последними были земляне — и, к своему удивлению, Белый Дьявол обнаружил множество давно раскуроченных капсул — одна из первых волн высадки принесла пришельцев из прошлого в Эстэ. Их судьба оставалась неизвестной и, вероятно, незавидной — только что попавшие в Единство колонисты были детьми в жестоком мире Восхождения.

К исходу второго дня осколок Единого пришел на обломанную, открытую ветрам вершину Башни Молний — место, когда-то бывшее его домом. Он уже побывал тут с Сигурдом и забрал Руну, защищенную Оком Наблюдателя, однако наитие властно привело сюда снова — слушать ветра, смотреть на треснувшие лики Братьев, вновь попробовать коснуться Ока…

Конечно, оно не признало его — для Наблюдателя он лишь нищий странник без Титула и Народа, под новым именем проходящий Восхождение. Это можно было изменить — но не сразу, не здесь, не сейчас. Глядя на затянутые туманом почерневшие руины, осколок Единого видел серебряные башни и голубые каналы, золотые мосты и сияющие шпили. Эстэ погиб, умер вместе со своим Народом и его владыкой, но кто сказал, что из старых корней не вырастет новое дерево? Под развалинами по-прежнему было скрыто немало сокровищ, а древние камни могли послужить материалом для новых стен.