Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

Рунический луч «Молчание», парализующий остановленным временем, — подобным устройством пользовалась Азимандия для удерживания пленников в Домене. Замерший силуэт Восходящего начал медленно подниматься в световом столбе, втягиваемый на борт. Другие ликторы тоже снизились, шаря лучами по расколу — почти сразу нашли еще двоих мертвых или оглушенных лед-кузнецов, и было понятно, что они не успокоятся, пока не отыщут всех.

А потом… придет и его черед. Всеми забытого, скованного Ледяным Кубом серебряного Восходящего. Осколок Единого мог бы сбежать, воспользовавшись суматохой битвы. Но разве за тем он сюда прибыл⁈ Лед-кузнецы были совсем близко, и Незримый шептал, что другого камня может не выпасть.

Белый Дьявол принял решение. Отчаянное и нелогичное, но другие не помогали против холодного расчета. Единственное, чего не могли учесть технопровидцы Гармонии, — это его.

Аспект, который он держал в узде, чтобы не привлекать внимания, вспыхнул Холодным Пламенем, сжигая эфирную клетку Ледяного Куба. Освобожденный Крылан захлопал кожистыми крыльями, а осколок Единого окутал себя Хрустальной Сферой — и ринулся к кружащим над разломом кораблям Гармонии.

Их разделяла жалкая сотня шагов. Он видел бледные лучи света и неподвижные силуэты воинов Эргиаля, парящие в них. Избрал цель и просчитал траекторию полета.

Оставалось главное — выжить!

Смертельный Туман и Призрачные Фантомы — детские игры для нексоидов Гармонии. Конечно, они заметили его: ведь пять ударов сердца — огромный промежуток времени. Один из кораблей безошибочно выплюнул зеленую молнию, но Хрустальная Сфера выдержала удар. Прянувшие следом изумрудные клинки сломали ее — однако это было уже неважно, Белый Дьявол метнул Огненный Вихрь навстречу черным кораблям — и Руна развернулась широким пламенным потоком, вынуждая ликторы менять высоту. Под ее прикрытием он резко спикировал на цель и, сжав Холодное Пламя узким синим клинком, на мгновение разрубил парализующий луч, на ходу выхватывая из него неподвижное тело.

Лед-кузнец тяжелой безжизненной куклой повис поперек седла, и Крылан протестующе вскрикнул, получив двойной груз. Осколок Единого самоубийственно проскочил под брюхом ликтора — рукой можно дотронуться до черной, испещренной мельчайшими крапинками террацитовой брони, — а затем резко спикировал вниз, отчаянно лавируя и стараясь спрятаться за ледяными складками торосов.

Сзади полыхнуло зеленым. Гармонийцы не промахивались, хоть он и держался так, чтобы корпус ближайшего корабля мешал всем остальным прицеливаться. Холодное Пламя и Шкура Фростбьорна смягчили удар, пусть в глазах и помутилось от боли, а Белый Крылан издал пронзительный крик.