Звезда полковника Грома

Слушаю Люду и удивляюсь взрослости этой восемнадцатилетней девчонки.

Её сверстницы на свиданки бегают и по бутикам, сидят в соцсетях и кафешках, а эта красотка учится и пашет с утра до вечера. Еще и хозяйка отменная.

- Очень вкусно. Давно не ел с таким удовольствием, - говорю совершенно искренне, думая, лишь бы девчонке в личной жизни повезло.

- Правда? Мне приятно. Спасибо, Родион.

- Мама научила готовить? - вопрос задаю не из праздного любопытства, просто хочется больше узнать, как жила Людочка в семье.

- Мама.., - задумчиво выдыхает куколка. - Ну, можно сказать и так, потому что мама никогда не готовила. Не умеет и не любит. У нас папа готовил очень вкусно. Но…Он не успел меня научить. Погиб рано…

На последней фразе Люда затихает и некоторое время задумчиво ковыряется вилкой в тарелке.

Не тороплю ее, жду, пока сама начнет говорить. Но…

Тут раздается входящий с рингтоном, который я установил на Машку.

Прошу Люду меня извинить и принимаю звонок сестры.

Марья напоминает, что в субботу празднуем золотой юбилей свадьбы родителей.

- Родька, бери с собой свою жиличку, - тарахтит в ухо сестра. - Хорошая она - девчонка. Нестандартная в нынешних реалиях. Жаль, у меня старший еще маловат. Был бы чуть старше, я бы ее засватала за Семку. Хотя…Сейчас модно, когда женщина старше.

Знаю, что сестра шутит, но кривлюсь при мысли о ее старшем балбесе, которому до сих пор мать носки стирает.

- Мысль отставить, - отвечаю, словно приказ отдаю. - Про юбилей обсудим, решим, приедем. Мать в подарок хотела какую-то приблуду на кухню. Но я решил им с отцом на даче террасу новую поставить.

Получив одобрение сестры, завершаю разговор и обращаюсь к Милочке:

- В субботу поедем на юбилей к моим родителям.

- Я?.. - выдыхает, не скрывая удивления, Людочка.

- А что здесь еще кто-то есть? - хмыкаю, любуясь молочными усами над ее верхней губой.

- Не знаю. Не уверена. Мне надо подумать. У меня в субботу еще работа на объекте, - куколка цедит по слову, макая в молоко печеньку и ужасно эротично облизывая размокший край. - И, знаешь, Родион, это все же как-то неправильно. Все же юбилей родителей - праздник семейный…

Девчонка отвлекается буквально на секунду. Разбухшее печенье падает в кружку, выбивая из белой глади молочную волну, которая летит каплями прямо Милочке в лицо.

Золушка от неожиданности, словно кошка, забавно фырчит, облизывая языком губы и снимая пальцами белые капли.

Смешная ситуация вызывает во мне совершенно противоречивые чувства.

С одной стороны она меня веселит.

С другой - нежное лицо Милы в молочных каплях рождает в моем мозге сладко порочные мыслишки и картинки.

От них в моем паху становится горячо, а в домашних штанах тесно.

“Родион, - кричит голос моего разума. - Ей всего восемнадцать. Она, в принципе, могла быть твоей дочерью.