Звезда моя

Кроме того, во всех четырех женщинах он обнаружил недостатки и тревожно спрашивал себя, с каких это пор ему так сложно угодить.

В офис Витале каждый день доставляли все крупнейшие английские газеты, и он просматривал их, пока пил кофе. На второй неделе он наконец нашел, что искал, — фотографию Зары с другим мужчиной. Он нахмурился. Интересно, кем мог быть привлекательный блондин рядом с ней? На фото, еще более миниатюрная, чем обычно, она была с чемоданом, едва ли не больше ее самой. Он пробежал глазами опубликованные под снимком сплетни. Ее выставили из дома!

Для Витале это было полной неожиданностью. Он представил себе щенка, которого бросили на обочине оживленного шоссе. У дочери Монти Блейка, конечно же испорченной и избалованной, вряд ли развиты навыки выживания. От этих мыслей жертва его коварного плана вызвала прежде незнакомое ему чувство беспокойства и сочувствия. Он не предусмотрел косвенных последствий содеянного. Раздавленный полученным ударом, папаша выместил свой гнев на дочери.

Витале почувствовал, что в какой-то степени несет ответственность за такое развитие событий. Он взял телефон и договорился о полете в Лондон на своем личном самолете в тот же вечер. Он хотел только убедиться, что у Зары более-менее все в порядке. Уж конечно, ничего личного. Не стоит все усложнять. Хотя, если она ждет ребенка, мрачно подумал Витале, ситуация тут же превратится в личную. Конечно, он не сможет проигнорировать незапланированную беременность. Он слишком хорошо знал все подводные камни таких историй.

Еще пара звонков — и Витале узнал, где Зара теперь живет. Сплетни, которые он услышал вместе с этими сведениями, окончательно убедили его, что у дочери Монти Блейка сейчас очень тяжелое время. Но ему-то какая разница? Витале нахмурился, его ставила в тупик его собственная реакция. Почему он чувствует ответственность за происходящее с ней? Он, Витале, по крайней мере, был свободен, а ют Зара решила обмануть доверие мужчины, за которого собиралась замуж. Она — бессовестная лгунья и испорченная дочка его ненавистного врага. И все-таки он не мог выбросить из головы, что был ее первым и единственным любовником.

На следующий день, в девять утра, Витале подходил к квартире Зары. Еще не войдя в здание, он спросил себя, почему же, черт возьми, он наносит визит дочери человека, которого презирает. Возможно, она беременна от него, с ожесточением напомнил он себе. Если появится ребенок, то он должен позаботиться о Заре. Пока Витале не будет знать наверняка, он не может отвернуться от нее и закрыть глаза на все ее злоключения.

Выйдя из лифта, Витале очутился в самом центре бурного спора.