Звезда моя

Так что же такого особенного в ней, что выводит его из равновесия?

Зара вспомнила, как Джулиан смеялся над ее плоской фигурой. Он тогда сказал, что фотомоделью ей, с формами как у мальчика, не быть. Теперь же ей захотелось стать идеальной ради Витале.

— В чем дело? — спросил он, приблизившись к ней и обхватив ее хрупкие плечи.

— Я ужасно стесняюсь, — поспешно ответила она.

Он подхватил ее на руки и усадил на край кровати, а потом поцеловал, зарывшись руками в ее мягкие, шелковистые волосы и прижимая к себе. Это был жадный и требовательный поцелуй. Зара забыла, кто она, забыла, кто он. Ее руки гладили его крепкую, мускулистую грудь. А он прижимался к ней, твердый, распаленный желанием и жаждущий ее прикосновений. Теперь она убедилась, что, несмотря на свою неопытность, была желанна, и почувствовала прилив решимости.

Несмотря на полное отсутствие опыта, Зара точно знала, чего хочет. Она хотела, чтобы он накрыл ее собой, желала ощутить тяжесть его тела. Однако вместо этого он губами нашел ее небольшую грудь, нежную, как лепесток розы, и искусно исторг вздох из ее приоткрытых губ.

— Ты здесь очень чувствительна, gioia mia, — не вполне разборчиво выдохнул Витале, в восхищении рассматривая ее изящную грудь.

Зара, не переживавшая больше по поводу своей фигуры, задрожала, отчетливо чувствуя нарастающий внутри ее влажный жар. На какой-то момент, когда он снял трусы и она увидела мощное приподнятое проявление его желания, нервы чуть не подвели ее. Ее тело желало его, но она боялась, что это будет больно. Впрочем, в раздражении она тут же отбросила этот страх, а потом все мысли покинули ее: он добрался до самого укромного уголка ее тела, который она хотела скрыть от него. Но желание было слишком острым, а ощущения, которые она испытывала с ним, — слишком сильными, чтобы она могла отказать ему из скромности.

Витале нагнулся и поцеловал ее. Это был долгий и страстный поцелуй. Его темно-золотистые глаза пылали желанием.

— Ты так соблазнительна, что я сгораю…

— Так чего же ты ждешь? — задыхаясь, поторопила Зара, неспособная долее выдерживать это томительное ожидание. Ее бедра против воли придвигались к нему, раскрывая ее устремления."

"Витале сорвал обертку с презерватива и осторожно натянул его. Она наблюдала, снедаемая любопытством перед тем, чего она никогда еще не испытывала, но в то же время ощущая тревогу, которую старалась подавить. Разумеется, он влезет, ведь так задумано природой. Он опустился на нее, такой сильный и уверенный, и она явно ощутила его у своего влажного лона. Когда он погрузился в нее, она вся задрожала от ожидания.

Было больно, и у Зары вырвался протестующий стон. Витале замер, глядя на нее, полный смущения и непонимания. Ей стало очень неловко.

— Зара? — начал он. — Я причинил тебе боль.