Звезда Авроры

– А, посмотрите-ка, кто тут у нас. Скарлетт Джонс. Должен был понять, что без тебя тут не обошлось.

– Вы намекаете, что я злостная нарушительница, лейтенант? – Я подбочениваюсь и надуваю губы. – Потому что тогда вы меня обижаете.

– Как там Джейми? – спрашиваю я.

– Нормально. На Терре с мамой.

(Джейми Сандерсон. Бывший парень № 37. Плюсы: отлично целуется. Минусы: любит джаз.)

– Привет ему передайте.

– Гм, послушайте, – говорю я, глянув на брата и на устроенное побоище вокруг. – Вины Тайлера тут нет. Он пытался их разнять. Его обязательно запирать надо?

– Стандартная процедура. – Лейтенант пожимает плечами, возвращаясь к работе. – Отсмотрят камеры наблюдения, и, если ты правду говоришь, командир экипажа Джонс будет выпущен как раз к ужину.

Я как можно очаровательнее надуваю губки.

– Все нормально, Скарлетт, – выдыхает Тайлер, удерживая рвоту. – Ничего со мной не случится.

Охранники ставят всех на ноги, стараясь, чтобы блевотина не попала им на форму. Кадет со сломанной рукой скулит от боли, парень с отдавленным достоинством вообще еще без сознания. Лейтенант Сандерсон надевает наручники на сильдратийца, и мне видно его красивое лицо, блестящее темно-лиловой кровью. А на костяшках у него кровь Тайлера, ярко-красная.

– Это был грязный прием, – говорит ему Тайлер.

Сильдратиец не отвечает. Лицо у него ледяное, и ни единый волосок не выбился из его пяти кос.

Я оборачиваюсь к ним обоим, думая, выглядит ли моя улыбка такой же натянутой, как я ее ощущаю.

– Э-гм… сложилась неловкая ситуация…

– В смысле? – недоумевающее моргает Тайлер.

Я пристально смотрю на сильдратийца:

– Нет, – говорит Тайлер.

– Боюсь, что да, малыш.

– Командир экипажа Тайлер Джонс! – говорю я и обращаю взгляд к униглассу. – Разрешите представить вам вашего боевого специалиста, легионера Кэлииса Идрабана Гилврэта, перворожденного сына Лаэлета Ирилтари Идрабана Гилврэта, адепта клики Воерожденных.

Сильдратиец бросает на моего брата пристальный взгляд завораживающих фиалковых глаз.

Сплевывает на пол сгусток лиловой крови.

И голосом, подобным тающему шоколаду, говорит:

– Для краткости – Кэл.

Мое нынешнее положение вполне можно описать одним словом… «неблагоприятное».

Вопит кто-то прямо рядом.

Глаза резко открываются, я вскакиваю, закутываясь в простыню.

– Чего? Как? – переспрашиваю я и внутренне сама вздрагиваю от этих коротких слов.

Слышен громкий глухой удар, скрежет разрываемого металла. И ледяной голос:

Вспышка энергии, фиолетовая, как его глаза. Юноша кричит и падает. У меня на руках что-то теплое, я смотрю и вижу, что они в крови.

Чувствую, как у меня в горле нарастает вопль ужаса, но секунду спустя все это начинает пропадать. Рассеивается, как рассеялись видения.