Одна из тысячи звезд

С ней тяжело бороться, постоянная война, — вздыхая, заметил Артем.

— О какой войне ты говоришь? В войне ты можешь выиграть, а в случае с Селюшкой у тебя только два выхода: сдаться и пасть на колени или закинуть ее на плечо и утащить в свой шалаш. Но в любом случае ты в проигрыше, так как бы ты не поступил, она останется недовольна, и ты будешь козлом.

— А почему это ей не понравится первый вариант? Ты на коленях и машешь белым флажком …

— А потому Арт, что, во-первых, Селина не любит ломать людей, а во — вторых, она предпочитает борьбу, и просто слитый бой ее не устроит.

— Смотрю, за пару дней общения ты успел неплохо ее изучить.

Артем улыбнувшись, допил сок и кинул в меня смятую бумажную салфетку. Блин, прям ребячество как в ясельной группе.

— Скажем так, мне позволяют периодически рассмотреть кучки дерьма ее прошлого. Вот, может, и ты прекратишь менять тему и расскажешь о ее брате.

— То есть снять эту тему с повестки сегодняшнего вечера не удастся?

— Господи, Арт! Не паясничай, тебе не к лицу.

Парень резким движением встал и подошел к окну, вцепившись руками в подоконник.

— Да там такая хреновая история.

Я молча доедал рагу и ждал, когда Артем соберется с мыслями. Я особо не торопился, а выяснить правду не помешало бы.

— Мы с Сили дружили с раннего детства, а познакомились, когда он вступился за меня в школе. Меня собирались знатно отмутузить пятеро пацанов на два класса старше меня. Силька же был старше меня на пять лет, и рост у него был знатный да еще с одноклассником. В итоге, те придурки рванули по кустам, не успела эта парочка и пяти слов сказать. Оказывается, он меня знал, точнее, что я учусь в одном классе с Селиной. И еще он был идеалист до мозга костей. И пятеро против одного, а еще и младше, для него было гнусным идиотизмом. Мы стали общаться, он предложил пойти заниматься боксом, чтоб я смог в таких случаях защищаться. Так и росли, все время пропадая на тренировках. А Селина была нашим третьем колесом и вечным хвостиком. Она боготворила брата, и только рядом с ним из забитой и запуганной серой мышки появлялся человек.

Парень замолчал, так как я подавился салатом. Селина — это испуганная мышка?! Я бы максимум, что мог предположить, что это бешеная с острыми зубами мышь. Прокашлявшись, махнул Артему рукой, чтобы продолжал.

— Да, я понимаю, что сейчас по ней и не скажешь такого. А тогда она без разрешения матери даже глаз от пола отвести боялась. Да, все было не очень здорово, но началось полное дерьмо, когда их отец на семнадцатилетние Сильвестра заявил, что пора бросать ребячество с боксом и пора браться за ум, а именно учиться управлять их торговой империей. Дело в том, что Силька жил и дышал борьбой, он и дома-то только из-за Селины появлялся, чтоб ее там совсем в чулан под замок не посадили.