Одна из тысячи звезд

Его взгляд — это контролируемая ярость победителя, его вид — это животное, который порвет все вокруг и доберется до добычи. А добычей была я! Господи, либо я рехнулась, либо это называется «меня только что оттрахали глазами». Ну, по крайней мере, чувствовала я себя именно так.

Поэтому, когда Арчинский, спрыгнув с ринга, встал рядом со мной, я едва дышала.

— Ну как Кроха, понравился бой?

Боже, лучше бы он молчал! Если бы кто-то из яростных поклонниц боев еще вначале не сняли трусики, то сейчас они бы их ему прям в руки подарили.

Черт, ну, я тоже, как оказалось, не особо железная вблизи этого мужчины. Моя фобия по отношению к нему не работала от слова совсем, а таракашки в головенке набрались убойной дозы гормонов и требовали действий, а именно рвать одежду и насиловать конкретного индивида. Это ж ненормально! Как будто нерастраченный в подростковый период эмоциональный бунт обрушился сейчас на меня в тройном размере. Одарили, так одарили, главное теперь не захлебнуться в этом фонтане чувств.

— Крох, что так превосходно, что дар речи потеряла? — это наглая рожа еще и издевается. Стоит тут в десяти сантиметрах от меня, улыбается, руки на груди сложил, мышцами поигрывает. Хоть бы тряпочку какую-нибудь на себя накинул.

Собрав себя из лужицы и прекратив сексуальную революцию тараканов и богопоклонение, перевела взгляд с его груди на лицо. Арчинский улыбался, иронично изогнув бровь.

— Медвежонок, ты сейчас точно хочешь услышать, как превосходен ты в бою и какой классный у тебя удар?! Или… — я, поднявшись на цыпочки ближе к его уху, добавила, — или ты хочешь узнать, как сильно у меня промокли трусики, и угадала ли я, в какой позе ты трахал меня глазами?!

Мужчина замер. Ха, в эту игру могут играть двое! Особенно, когда меня, в принципе, ничего не сдерживает, кроме дюжины парней вокруг и четкой уверенности, что секс на публике — это не мое.

— Второй вариант, — хриплым шепотом ответил Даниил.

Да, блин, кто б сомневался! Сексуальный извращуга! Перед ответом томно подышала в его ушко.

— Насквозь, а поза не так важна, главное поглубже и пояростнее.

Оттолкнулась от тела мужчины, оценила реакцию. Вот теперь я отомщена. От одних его темных глаз, обещающих замучить меня до смерти, бросало в жар.

— На сегодня все, устала. Я в душ и переодеваться.

Сладко улыбнулась, а говорят, что месть — это холодное блюдо! Иногда и под горячим соусом хорошо идет. Послала воздушный поцелуй и двинулась на выход. Мою лапку попытались поймать, но я увернулась.

— Крохааааа! — прорычал мужчина.

— Данюша, первый начал, так что можешь рычать сколько угодно!

Несколько парней, что стояли ближе к нам, засмеялись, но после взгляда Даниила у них резко развился приступ бронхиальной астмы с кашлем и свистящим дыханием.