В объятьях звёзд (СИ)

И без стука заходим.

Стейбек развалился в кресле, в руках стакан с алкоголем, ноги на столе. Вся его поза расслабленно-ленивая. Только вот на лице отпечаток печали. Он не празднует свою победу. Он топит горечь.

— Привет, дети, — салютует мужчина бокалом. — Если вы пришли покричать, то не вовремя. Я страсть как устал и пьян. Кратенько излагайте и идите домой.

— Что вы сделали с дочерью Томы? — выпаливаю, сжимая пальцы Старкара.

Тяжко вздохнув, Стей тянется через весь стол к коммуникатору и звонит.

— Ты выиграл, Дани, — хмыкает мужчина, как только ему отвечают. — Да, пришли оба. Покажи им.

Швырнув ком на стол, Стей включает визор, который установлен вместо стены. На экране появляются десятки картинок с разных камер. Одна из них увеличивается.

На видео самый обычный госпиталь. Капсулы, медперсонал, разное оборудование. Среди них камера увеличивает брюнетку лет тридцати. В белом комбинезоне без рукавов. И руки у неё вполне настоящие, обе! На запястьях четыре браслета.

Выпустив Старкара, подхожу ближе к визору. Она похожа на Эгорда или мне просто очень хочется в это поверить? Но глаза точно аметистовые. И выглядит она совершенно спокойной, не испуганной, не забитой. Стоит у стойки и вносит в планшет некие данные. К ней подходит Даниэль и, передав карточку, уходит. Не запугивает, не утаскивает никуда. Просто уходит.

— Но рука… Вы же… Я же видела руку, и вы сказали, что девчонку не отпустите.

— Твои подруги помогли, — усмехается Стейбек, отпивая алкоголь. — Искусственно вырастили из клеток родителей часть тела. Если бы Старая немного глубже капнула, конечно бы поняла, что рука ненастоящая. Но эмоции отупляют.

— Значит, она не знает о родителях? Вы обещали воссоединение. Соврали?

— Я обещал, и оно состоится. Утром. Захочешь лично убедиться в этом, ты знаешь, где меня найти, принцесса, — кивает кесарь и переводит взгляд на молчаливого сына. И сейчас я вижу настоящего Стейбека. Не циничного, не ироничного, не злого. А.. любящего отца семейства.

— А Тома? Что с ней будет?

— Я говорил, как сильно ты похожа на мою жену? — со вздохом тянет кесарь и, залпом осушив бокал, с оглушительным стуком ставит на стол. Вздрагиваю и, попятившись, прижимаюсь к Старкару. Он сразу же обнимает, но пока молчит. — Такая же наивная и сострадательная.

— Я не наивная и не прошу выпустить её. Просто хочу понять, что с ней будет. Вы будете её держать в рабстве, пытать, избивать или мучить? Эгорд сказал, что вы можете ей ноги переломать!

— Я многое могу, — хмыкает Стейбек, — но никогда не применял физического насилия ни к одной женщине. Не бил, не ломал ноги или мучил. И не собираюсь начинать. Спи спокойно, принцесса. До тебя за неё уже попросили. Тома устроена с комфортом. Хотя другие, кто посмел покуситься на мою семью, гниют в могиле.