В объятьях звёзд (СИ)

Вы всё знали с самого начала? Это был ваш план? Втянуть в игру Стервятника. Прогнуться под него… Он отец её дочери? Он её рурк? И теперь в ваших руках не только Тома, но и Эгорд? Вы обманули их обоих?! — выпаливаю, собирая пазлы из полученных сведений.

— Действительно умная, — хмыкает Стейбек и заходит в заряженный телепортатор вместе с девушкой.

— Лана! — окликает меня Старкар и забегает в разгромленный бункер Томы. Доходит до меня и обнимает.

Не реагирую, просто смотрю на платформу, в которой исчез Стейбек с телом. И проклинаю себя, его, Стервятника. Могла ведь помочь Томе. Объяснить, рассказать, до того как за ней явится кесарь. Насколько нужно быть чудовищем, чтобы отрубить невинному человеку руку? Сколько сейчас её дочери? Лет сорок? Меньше? Она, наверное, даже не знала о матери, как и об отце. Жила, возможно, с семьёй, детьми, мужьями. А тут явился кесарь и…

— Лана, Колючка моя шипастая, скажи что-нибудь, — Стар хватает за щёки и задирает голову, заглядывая в глаза.

— Поехали домой, — выдыхаю и, покачнувшись, падаю. Но упасть не дают крепкие руки.

Стар перехватывает удобнее, прижимает к себе и, настроив телепорт, мигом доставляет на линкор. Я так устала. Устала эмоционально и физически. Голова просто раскалывается. И плакать хочется от собственной беспомощности. Тяну за ворот рубашки.

— Я хочу поговорить с твоим отцом.

— У меня нет отца, — обрубает Стар, поджав губы. — Где Тома, Лана?

— Не знаю, но знает он. И я хочу поговорить с ним.

— Зачем? — напрягается мужчина.

— Хочу освободить Тому от рабства и пыток, на которые способен твой папа!

— Сдурела?! — грубит блондин.

— Давно дура. Ты только узнал? — огрызаюсь и, оттолкнув, спрыгиваю.

— Она умрёт, Лана. Как только я её найду — пущу пулю в лоб! — обещает Старкар.

— Нет, не сделаешь. Если дорожишь мной, не тронешь её, — качаю головой.

Стар злится, но и я не сдаюсь. Мы боремся взглядами, стоя в небольшой каюте без картин на окнах. Но космос меня мало волнует. Где-то там, на периферии, замечаю пролетающие джеты, космолёты, звездолёты. Там явно происходит некое сражение. Как и у нас с мужем сейчас.

— Стар, ты нужен здесь! — раздаётся незнакомый голос, но мужчина не торопится отвечать. Нависает, давит своей властной энергетикой. Сжимаю кулаки, вздёргивая повыше подбородок.

— Ради меня, Старкар, — говорю спокойно и уверенно. Просто знаю, он сделает, как я хочу. Потому что он сын своего отца. Потому что он слов на ветер не бросает. Хотя Томе он давал это слово раньше, чем мне. Ещё в лаборатории обещал уничтожить её, если полезет ко мне. И, по сути, я прошу его забрать это слово.

Старкар рычит и, развернувшись на пятках, выходит. Просто идёт по коридору, злой как сто чертей. Звуки удаляющихся шагов бьют по натянутым нервам. Болезненно и невыносимо.

Меня топят рыдания.