В объятьях звёзд (СИ)

Всего лишь два месяца. Но как только произнесла это заветное «да», поняла, что это не просто согласие. И испугалась я именно от осознания собственных чувств к нему. К ним. Я хочу выйти за него, как и за Макса с Регором. Хочу стать частью его семьи. Хочу быть под его крылом и никогда не терять. Все эти метания, терзания, сомнения, что мучили меня, в данный момент отошли на задний план. Я просто хочу быть со Старкаром и Регором так же сильно, как и с Максом. Я не разделяю свои чувства к ним какими-то мерками. Это странно и, возможно, не понятно даже для меня самой.

– Ещё десять секунд, – мрачнеет Стар, так как молчание явно затянулось. – И моё сердце перестаёт биться, Колючка. Может, всё-таки да?

– Да, Старкар. Я выйду за тебя замуж. И я уверена в своём ответе. Дай сюда свою армиллу, чувствую себя без неё голой, – рассмеявшись, сама надеваю браслет и наваливаюсь на мужчину, крепко обнимая за шею.

– Скажи ещё раз, – шепчет в губы Стар, но поцелуй не прерывает. Наоборот, толкается глубже языком, лаская нёбо.

– Что сказать? – туплю, зарываясь в мягкие светлые волосы мужчины, обнимаю его голову, полностью растворяясь в поцелуе.

– Выйдешь за меня? – он прикусывает губу, слегка оттягивает и смещается с поцелуями к подбородку.

– Да-а–а, – выдыхаю и задираю голову, и вздрагиваю от прикосновения влажных губ к горлу.

– Да? – урчит, царапая зубами шею.

– Да! – повторяю вновь и улыбаюсь.

– В Вальдос переедешь? – Старкар тянет за лямки сарафана, впиваясь зубами в плечо, зализывая собственный укус.

– Да, – повторяю, лишь бы заткнуть его. Нетерпеливо тяну на себя и целую.

– Слушаться меня будешь? – явно издевается блондин, прогибает меня в пояснице, прижимаясь пахом к промежности.

– Временами, – не совсем ещё поплыла, мозги в кучке.

– Не понял, – Стар ласку прекращает и смотрит затуманенным взором.

– И в Вальдос не перееду, – тоже дразниться умею. Смущённо опускаю глаза и медленно расстёгиваю заклёпки на кителе.

– Я тебя сейчас уговорю, – хмыкает, но не мешает, лишь подол задирает, чтобы обжечь бёдра прикосновением.

– Уговори, – соглашаюсь, скидывая верхнюю одежду и оглаживая широкие плечи, чувствуя, как под тонкой рубашкой перекатываются мышцы.

– Обожаю твои колючки, Лан, – меняет тему Стар и сминает губы в новом поцелуе. – Всё в тебе обожаю. Ты в меня впечаталась, вонзила шипы глубоко под кожу, въелась…

Он говорит и целует, целует и говорит. А я тихо млею от его ласк. Рук. Губ. Языка. Голоса.

Скидываю рубашку, со стоном прижимаюсь к голой груди. Светлой, как и моя. Царапаю ногтями, оставляя белые борозды.

Вскрикиваю, когда Стар подхватывает на руки, шипит, ворчит, ругается себе под нос и идёт куда-то. А мне не хочется уходить из этой комнаты. Она всё ещё транслирует старую Землю. Чисток поле. Под ногами густая зелёная трава.