Королева Солнца. Предтечи. Повелитель зверей. Книги 1-17

Тани со Штормом услышали приближающиеся шаги, и вскоре из тоннеля появился Келсон. Вид он имел взъерошенный, рукав рубашки порван, плечо в крови. Заметив тревогу на лицах друзей, Келсон поспешил их успокоить:

— Это не моя кровь. Раненых много, есть тяжёлые, ими занялся Мирт. Он толковый врач. Мы потеряли двенадцать из пятидесяти нитра и двоих наших парней. — Лицо у него скривилось. — Чёрт бы побрал все это! Терпеть не могу терять людей! И то, что мы положили по паре ксиков за каждого из наших, меня ничуть не утешает!

— Кого убили? — спросил Шторм, испытав внезапный прилив страха. Только бы не Логана! Только бы не его дерзкого, нахального братца! Логан ворвался в тоннель одним из первых, вместе с вождями кланов. Погибли наверняка те, кто был в первых рядах…

Келсон понял, чего боится Шторм, и успокаивающе сказал:

— Логан жив. Погиб Мейсон, кузен Думароя, и Дейд, младший брат Пата Ларкина. Шен Ларсон тяжело ранен. Мирт говорит, что Шен выживет, но в седло ещё долго не сядет.

Из тоннеля начали выносить убитых. Нитра замерли в скорбном молчании, пока Изрекающая Сны совершала обряд, отпуская на волю души погибших воинов. Келсон вернулся в пещеру, чтобы помочь вынести тела людей. Их уложили на одеяла, и рейнджеры окружили убитых. Думарой наклонился, закрыл глаза своему двоюродному брату и тихо всхлипнул.

— Всегда был торопыгой! Мне бы тут лежать, а не ему…

Келсон сжал его плечо.

— Не казни себя, Риг. Он хорошо умер: мгновенно, без боли, без страха. Умер сражаясь. — Он печально улыбнулся. — Ты ведь знаешь, Мейсон был прирождённый боец. Думаю, если бы ему предложили выбирать, он выбрал бы именно такую смерть.

— Возможно. Возможно и так. Но мне его будет не хватать…

Изрекающая Сны бесшумно подошла к ним. На руке у неё висело одеяло с клановым узором. Она сказала жестами, глядя в глаза Думарою:

«Я принесла одеяло, чтобы твой родич мог уснуть сном воина. Если хочешь, чтобы я отпустила его дух и он мог вернуться, я сделаю это».

Риг Думарой растерянно уставился на шаманку. Большую часть своей жизни он терпеть не мог туземцев. Но теперь их Гремящая Громом оказывала его двоюродному брату воинские почести. Она признала, что Мейсон достоин воинского одеяла, и предложила отпустить его дух на волю, чтобы он мог вернуться и воплотиться в тело новорождённого, из которого тоже вырастет воин."

"Он молча кивнул. Со слезами на глазах смотрел он, как Гремящая Громом опустилась на колени, расстелила одеяло на земле и закатала в него Мейсона. Водя руками над завёрнутым в одеяло телом, она тихо прочирикала что-то на языке нитра. Потом Изрекающая Сны встала и снова заговорила на языке жестов:

«Дело сделано. Когда битва кончится, отвези воина домой. Жди возвращения его духа, он непременно вернётся».