Зверь. В плену его желаний

Утыкаюсь носом в шею мужчины и зажмуриваюсь, чувствуя, как он начинает медленно двигаться во мне.

— Ника... — хриплый голос, влажный поцелуй в висок и резкий толчок. — Ника. В глаза смотри!

— М? — поднимаю голову и смотрю на своего босса полуприкрытыми от удовольствия глазами.

— Давно тебя так не трахали? — спрашивает грубо и как-то... раздражённо, что ли... — Когда в последний раз?

Ещё один резкий толчок — и я, вскрикнув, впиваюсь ногтями в плечи Андрея. Кусаю  шею, затем облизываю и снова кусаю. Дьявол! От него так приятно пахнет, что голова начинает кружиться!

— Я тебя спрашиваю!

Черт тебя раздери, босс недоделанный! Да какая разница, кто и когда меня в последний раз трахал? Это разве столь важно на данный момент, а?

— Около года назад, — нехотя отвечаю. — Четыре раза. Не больше.

Да, именно столько раз мы спали с Денисом, но мне сейчас совсем не до этих воспоминаний, потому что я чувствую, как горит там — между ног. Тепло растекается по бёдрам и...

— Боже... По-пожалуйста...

Мне хочется кричать, чтобы он двигался быстрее, о чем я, собственно, говорю. Но он меня не слушает.

— Пока ты со мной, у тебя не может быть никого, Ника. Запомни, — останавливаясь, рычит мне в губы. — Ты поняла меня?

Вот же... Я совсем на грани. Этот долбанный мужик уже второй раз доводит меня до такого состояния... Вот-вот кончу, но он не позволяет. Снова. И да, мне сейчас не до мужиков. Да и если я сплю с одним, нахрен мне сдался другой?

— Я сказал, ты поняла меня?

— Д-да, — выдыхаю."

"— Отлично, — цедит сквозь стиснутые зубы. — Эту ночь ты никогда не забудешь.

Толчок. Ещё один. И ещё. Я буквально лечу. Я нахожусь далеко от реальности,  чувствую его горячие руки, которые буквально везде: то они сминают грудь, то сжимают горло или же ягодицы. То они поглаживают спину. Такое ощущение, будто его пальцы изучают каждый мой позвонок.

Никогда я не чувствовала такого... Не считала себя желанной, но я вижу, как хочет меня Андрей.

Мои губы горят огнем. Полыхают. Я задыхаюсь, потому что он целует и целует, не зная предела. Вообще, для него нет предела, преград. Нет ничего запретного. Будто ему можно всё, абсолютно всё.

Толчок. Ещё один. Резкий и грубый. Затем глухой стон. Я выгибаюсь навстречу каждому его рывку. Вжимаюсь в него сильнее, желая ощутить его в себе ещё глубже и глубже.

«Эту ночь ты никогда не забудешь», — набатом стучат в голове слова Андрея.

Да что там эта ночь, я вообще сомневаюсь, что его самого когда-нибудь забуду.

Толчок. Резкий. И замирает. Я чувствую, как пульсирует член во мне, как мое лоно сжимается вокруг его органа.

— Ты пьешь таблетки?

— Да, — будто в бреду отвечаю на автомате, не совсем соображая, о чем он говорит.