Огненный Зверь

Я почему-то ждала, что он тоже что-нибудь скажет, но он не произносил ни слова, лениво копался вилкой в своей тарелке, куда ему практически силой положили еду и молчал.

Высказалась Леночка, снова начав шмыгать носом, потом Ковров.

Ковров был немногословен, и тем больше я верила в искренность его горя.

— Вечная память, — сказал он. — Уважаем. Скорбим. Помним, — этакая интерпретация ""помним, любим, скорбим"".

Мне было, что сказать Владимиру Петровичу, но, помимо того, что он не мог меня услышать, меня останавливало то, что я знала, что среди присутствующих здесь скорбивших людей был тот, кто неискренен.

Встал Петя.

— Я хочу сказать, что мне будет нехватать Владимира Петровича! Он очень многое для меня сделал и верил в меня!

Кирилл вдруг нахмурился.

— Что случилось? — прошептала я.

Он покачал головой.

— Ничего.

Что он почувствовал в эмоциях мальчишки? Я тоже напряглась, вслушиваясь в голос Пети, но не уловила в нем ничего, что бы могло меня взволновать или вызвать подозрения. Не думает ли он, что предатель — это Петя? Это было бы самым невероятным исходом.

Я не успела додумать мысль, окна залил розовый слепящий свет, все зашумели, некоторые вскочили со своих мест, кто-то из детей заплакал.

Я бросилась к окну вместе с Кириллом. Весь двор тонул в розовом свете, над Яслями раскинулся огромный купол, напоминающий силовое поле. А за пределами купола прямо возле кованых ворот стояли человек десять в длинных черных плащах с капюшонами на лицах.

Мое сердце рухнуло куда-то к пяткам. Они пришли.

— Уведите детей, — распорядился Кирилл железным тоном.

Воспитатели и учителя вскочили и бросились исполнять поручение.

— Мы все умрем! — пискнула молоденькая воспитательница, не старше Леночки.

Кирилл пригвоздил ее к месту ледяным взглядом.

— Могу устроить это прямо здесь, — прошипел он. Она только рот раскрыла, как выловленная рыба. — Уводи детей, живо!

Такой властности в его голосе я еще не слышала ни разу.

Девушка ойкнула и бросилась к детям, похоже, гнева Кирилла она испугалась не меньше, чем Черных Капюшонов.

Мой взгляд вернулся к фигурам у ворот. Они просто стояли, сложив руки на груди, спрятав кисти в широкие рукава своих плащей-балахонов.

""Зверь, — в панике позвала я. — Чего они хотят?""

""Меня"", — последовал короткий и ясный ответ.

Я думала так же. Мороз бежал по коже. Что ж, если нужно, я готова на все, я готова умереть, чтобы защитить этих невинных детей, я готова биться.

— Чего они ждут? — в свою очередь недоумевал Андрей.

Кирилл бросил на него быстрый взгляд и снова повернулся к окну.

— Нас, чего же еще.

— Хотят выдвинуть условия?

— Нет, станцевать вальс! — Кирилл злился. — Андрей, перестань задавать глупые вопросы.

Князев смутился и замолчал.