Огненный Зверь

Не смотря ни на что, Зверь всегда был на моей стороне. И вот теперь он предлагал мне уговорить Андрея скрыть нашу связь. Я была готова на все, чтобы вернуться в прошлое и предотвратить то, что произошло. Но была ли я готова умолять Андрея прикрыть меня, утаить это от Кирилла, а если нужно, соврать? О да, я была готова. Но последствия того, что Кирилл обо всем узнает, прочтя чувства Андрея, меня пугали еще больше. Можно ли утаить от эмпата что-то? Бесспорно, можно, но все зависит от того, как все случившееся воспримет сам Князев. Если как обычную ничего не значащую пьянку- гулянку, то он и думать забудет о вчерашней ночи и, естественно, не будет питать никаких эмоций по этому поводу…

""Не стоит ломать голову раньше времени, — вмешался Зверь в мои мысли. — Приводи себя в порядок и буди Андрея. Вот и поговорите"".

Зверь был, как всегда прав. Я встала на негнущихся ногах и стала собирать свою одежду по всей комнате. Нашла на полу пустую упаковку от презервативов, вдохнула с облегчением, что ж, хотя бы Князев подошел ко всему ответственно.

""Я тебя вылечу, — решил Зверь, наблюдая, как я, пошатываясь, бреду в поисках ванной. — Хотел, чтобы помучилась, но с тебя и мук совести хватит"".

Я не ответила, мое плохое физическое состояние все равно не было достаточным наказанием.

У Андрея оказалась огромная ванная с джакузи, обделанная темно-зеленым кафелем под мрамор.

Я подошла к зеркалу. От красивой девушки, собирающейся вчера на свидание, не осталось и следа. Лицо помятое и опухшее, косметика, размазанная по всему лицу, всклокоченные волосы.

""Иди, сходи в туалет, — распорядился Зверь, — вывожу лишнюю воду из клеток"".

Я только вздохнула, сейчас он приведет мой организм в порядок, и внешне не останется ни следа, жаль, что так нельзя поступить и с давящей болью в груди.

Я провела в душе не меньше часа, пытаясь смыть свой позор. Смылись лишь грязь и косметика.

Выбралась из душа, вытерлась попавшимся под руку полотенцем Андрея и оделась. Физическое состояние уже значительно улучшилось, чего нельзя было сказать о моральном. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

Когда я вошла в комнату, Андрей уже тоже проснулся, он сидел на кровати, часто моргая, как я час назад.

— Изольда? — пробормотал он, вглядываясь в меня. — Значит, мне не приснилось!

А потом смачно выругался. Что ж, кажется, Андрей не воспринял мое присутствие в его квартире, как само собой разумеющееся.

— Андрей… — начала я и осеклась, не зная, что сказать.

Я подошла и присела на краешек его кровати, отвела глаза от шелка простыней.

Князев же тем временем вскочил, почувствовав неловкость, и начал натягивать на себя брюки.

— Андрей, ты помнишь, что произошло? — я все же нашла в себе силы, чтобы спросить.

Он прищурился, глядя на меня.