Изумрудные зубки

Инга встала, сходила за стойку и вернулась оттуда с пачками денег.

– Держи! – она швырнула деньги на стол.

Таня сгребла пачки и сняла с одной из них резинку. Доллары были хрустящие, новенькие и пахли... деньгами. Она открыла бутылку, плеснула себе виски, выпила и закинула ноги на стол. Разбитые коленки бесстыдно обнажились, но она не стала запахивать полы халата. Сычева бы точно не стала этого делать!

– Сто, двести, триста, четыреста... – Таня начала считать деньги.

Господи, что она делает?..

– Пятьсот, шестьсот, семьсот, восемьсот, девятьсот, тыща!

Инга смотрела на нее с удивлением. Высокомерие в ее глазах, кажется, сменилось презрением.

– Сто, двести, триста, четыреста, – продолжила Таня.

Мама родная, что она творит?

– Оказывается, я тебя плохо знала, – сказала Инга.

– Ха! Я и сама себя плохо знала! Пятьсот, шестьсот, семьсот, восемьсот, девятьсот, две тыщи!!

– Я считала, что все знаю о Глебе и его окружении, а оказывается, ни черта не знала! Его жена не блаженная дура, а отменная стерва! Сам Афанасьев оказался вовсе не беспомощным трусом, а ползучим, как паук, и пронырливым, как змея. Он был у меня здесь! – Инга показала кулак. – И вдруг просочился между пальцами! – Инга разжала кулак и посмотрела на пустую ладонь.

– Сто, двести, триста, четыреста...

А дамочка-то слегка чокнутая. Тем более пусть платит за то, что развлекалась с ее мужем.

– Пятьсот, шестьсот, семьсот, восемьсот...

– Где Афанасьев?! – заорала Инга. – Где он скрывается?! Я заплатила тебе!

– Девятьсот, три тысячи!!

– Говори!! – Инга с размаха шарахнула ногой по скамейке. – Тут все до копейки, можешь не пересчитывать!

– А?! – Таня вяло отвлеклась от купюр, сгребла их и рассовала по карманам халата. – Да в командировке он, В Зеленограде, – равнодушно сказала она. – Там какой-то новый комплекс жилой сдают, молодым семьям выдают квартиры, вот он и поехал... освещать. Не звонил давно и в положенный срок не приехал. Наверное, бабу какую-нибудь подцепил, вот и задержался. Я к такому привыкла, поэтому не волнуюсь...

– Врешь!!! – крикнула Инга. – Ты смеешь врать мне за пятьдесят тысяч долларов?! – Она вдруг схватила бутылку за горлышко и ринулась на Афанасьеву. Таня едва успела вскочить и отпрыгнуть. Бутылка с размаху опустилась не на ее голову, а со звоном разбилась о стол. Во все стороны брызнули осколки стекла, виски фонтаном выплеснулось на пол. Резко запахло алкоголем.

– Верни, деньги, дрянь! – прошипела женщина, называвшая себя Ингой.